Отключения мобильного интернета в столице длятся уже пять дней. В белых списках доступны только сервисы: VK и Яндекса, Госуслуги и госмессенджер MAX. На отдельных точках, особенно в центре Москвы, даже рабочий Wi-Fi функционирует нестабильно.
Эксперты оценивают совокупный ущерб для бизнеса Москвы в диапазоне от 3 до 5 млрд руб., исходя из доли цифровой экономики в ВРП.
Дмитрий Песков специально даже обратил внимание, что «проблемы, которые отключение связи в крупных городах представляет для бизнеса, — предмет для дополнительного анализа». Фактически представитель Кремля подтвердил, что дискуссии по проблеме идут.
Но он же дал понять, что в самой дискуссии перевес у силовиков - «все перебои связаны исключительно с необходимостью обеспечить безопасность. Но власти продолжают работать над тем, чтобы это как можно меньше затрагивало обычную жизнь и работу граждан».
И выход видят не в свободном доступе к Интернету, а в расширении «белых списков» и проводном Интернете.
Издание «Известия» пишет, что отключения Интернета в Москве и Петербурге носят хаотичный характер. Введение мер обосновывается принципами обеспечения публичной безопасности. Поскольку соответствующего федерального закона не имеется, то основания для получения компенсации за законные действия госоргана отсутствуют.
Дарья Митина пишет:
Дома ни интернет, ни телефон не работают, как и во всём Басманном районе. Зашла в Сбербанк - операция, которая обычно занимает три минуты, заняла час. Самое забавное, что сеть наглушняк вырублена в самом центре Москвы, вокруг Кремля - там Администрация Президента, куча министерств, сплошные административные офисы. Как люди работают?? Звонят друг другу по городскому, как мы в 90-е - начале нулевых?? Вроде, с портативными рациями и спутниковыми телефонами никто не ходит.
А утром пошла в министерство, к замминистра на совещание. Стоило зайти в здание, пропала мобильная связь и перестали ходить смс-ки. Воспользовавшись случаем, спросила у одного из лиц, принимающих решения, надолго ли эта херня, и когда всё наладится.
"Ну Вы же понимаете, - ответил Колобку чиновник. - Как только закончится это мероприятие, так всё и наладится. У меня дома, кстати интернета нет уже года полтора, хожу работать и звонить в кафешку".
Оптимизма в отношении нормализации жизни у граждан становится все меньше.
«Понятие безопасности стало настолько расширительным, а возможности гражданских властей настолько сузились- нет и диалога. Есть неформальное понимание - все проблемы от СВО; при этом власти максимально уходят от правового режима военного положения, убеждая всех что СВО настолько узкий сегмент, что правовые механизмы ограничений не применяются. Сложилась уникальная ситуация двойного подхода: неформальное военное положение, и формальное- живем в гражданском мире», считает социолог из ведущего центра изучения общественного мнения.
Политолог Андрей Чадаев убежден, что на фоне плохой конъюнктуры, страна оказалась в состоянии обороны:
ухудшение внутриполитического микроклимата (не в последнюю очередь из-за нон-стоп марафона запретительных инициатив) -- фактор уже качественный, причём влияющий на ход войны почти напрямую -- через неизбежное снижение качества (да и количества) набираемого на контракт контингента. Но, в отличие от воющей на все лады по сему поводу телеграм-буржуазии, я-то понимаю, что в выборный год это абсолютно закономерный, хотя и полностью рефлекторный, модус действия системы. Потому и не вою: странно предъявлять утке, что она крякает, а собаке, что она лает.
Исходя из этого расклада, и пытаясь всё-таки думать конструктивно, делаю следующий вывод. При отсутствии сил для наступлений обычно переходят к обороне. Успех лета того же 23 года (отражение "контрнаступа") -- это успех именно обороны, в которой мы внезапно (но опять же закономерно) показали себя лучше, чем в наступлении. Возможно, сейчас главным вопросом снова на какое-то время становится не то, как победить, а то, как не проиграть. Если так, из этого многое следует.