— Ликс, я тебе говорю, эти гаишники просто сжалились над моим ментальным здоровьем! — Джисон перехватил руль одной рукой, а второй поправил динамик телефона. — Пять раз! Пять! Я трижды чуть не сделал из учебного столба блинчик, но этот заветный пластик теперь со мной. Я официальный участник дорожного движения, понял?

— Джи, ради всего святого, смотри на дорогу, — донесся из динамика смеющийся голос Феликса. — Ты же сейчас за рулем? Я не хочу быть последним, с кем ты поговоришь в этой жизни.

— Да всё под контролем, тут пустая улица, я еду от силы километров сорок…

Джисон расслабленно откинулся на подголовник, искренне собой гордясь. В салоне позвякивали брелоки с котами, а теория ПДД, которую он зубрил ночами, казалась уже пройденным этапом.

И надо же было именно в этот момент какому-то пролетающему за окном пейзажу отвлечь его внимание.

Шорох, громкий взвизг резины. Джисон крутанул руль влево так резко, что узелок развязался и коты улетели под сиденье. В боковом зеркале мелькнул матовый чёрный силуэт байка. Джисон буквально подрезал его, заставив мотоциклиста вильнуть и зажать тормоза.

— Чёрт-чёрт-чёрт! — выкрикнул Джисон, вжимая педаль газа. Сердце ухнуло куда-то в пятки, во рту пересохло. — Ликс, я перезвоню!

План был прост и гениален: проскочить ближайший перекрёсток, затеряться во дворах и, конечно же, больше никогда не выезжать на эту улицу. Но мироздание решило иначе. Как только капот его скромного хэтчбека приблизился к стоп-линии, зелёный свет над дорогой как назло сменился на жёлтый, а затем загорелся ярко-красный.

Джисон ударил по тормозам. Машина встала как вкопанная.

Справа тяжелыми басами притормозил тот самый мотоцикл. Джисон замер, крепко вцепившись пальцами в кожаный руль. Он изо всех сил старался смотреть строго вперёд и изобразить из себя каменный изваяние.

«Я тебя не вижу, значит, ты меня тоже не видишь. Я вообще элемент декора.»

Но сбоку донёсся щелчок. Мотоциклист медленно снял шлем, встряхнув темными волосами, и повернул голову. Этот сайд-айстик так и был пропитан жгучим презрением.

Незнакомец не торопился. Он прищурился, разглядывая профиль Джисона: вздымающуюся грудную клетку и пунцовые пятна, стремительно ползущие от шеи к самым ушам.

Мотоциклист заглушил двигатель, откинул подножку и… легко перекинул ногу, подступая прямо к открытому окну Джисона. С каждым его шагом Джисону было все сложнее сохранять спокойствие.

Парень навалился локтями на открытый оконный проём, бесцеремонно вторгшись в личное пространство водителя. На куртке в области груди красовалась гравировка — Ли Минхо.

— Ну привет, Шумахер, — голос Минхо оказался с лёгкой поволокой и до ужаса саркастичным. Он чуть наклонил голову, въедаясь пытливым взглядом прямо в расширившиеся от испуга глаза Джисона. — Ты права в лотерею выиграл или за красивые глазки дали? Хотя за глазки… я бы ещё подумал. Но вождением они тебя не спасают.

— Я… я случайно, там солнце слепило, и вообще… — пролепетал Джисон все больше краснея.

— Солнце? В четыре часа дня в тени деревьев? Ну-ну, — Минхо ухмыльнулся, медленно проведя пальцем по кромке двери. — Я уж думал, ты решишь меня переехать, чтобы свидетелей не оставалось.

Джисону срочно нужно было спасать ситуацию. В голове панически закрутились мысли: «Так, компенсация. Нас учили давать компенсацию!».

Он быстро нырнул рукой в бардачок, пытаясь найти хоть что-то ценное. Пальцы натыкались на кучу чеков, пару сухих салфеток, какие-то горсти мелких монет и… о, чудо! Маленькая плиточка молочного шоколада с фундуком, которую он заначил на случай углеводного голодания.

— Вот! — Джисон вынырнул из бардачка и вытянул руку с шоколадкой прямо к носу Минхо. — Возьми! За моральный ущерб! Пожалуйста, не вызывай полицию, у меня это первый день!

Минхо посмотрел на маленький крошечный квадратик в яркой обертке, потом на дрожащую ладонь Джисона. По губам мотоциклиста расплылась хитрая улыбка.

— Шоколадка? Серьёзно? — проговорил Минхо. — Неа. Сладости — это слишком скучно за мой испорченный пульс.

— А что тогда?.. — успел вымолвить Хан.

Минхо резко подался вперёд.