Товарищи, общий сбор.

Объясните, как так вышло, что мимо меня полностью прошёл «Солтберн» 2023 года? Это что такое, я спрашиваю?

Узнала о его существовании только на прошлой неделе, немедленно понеслась смотреть и оказалась совершенно очарована.

Ну это же смесь «Талантливого мистера Рипли», Озоновсконо «Крысятника» (да простите меня за такое нишевое сравнение) и «Мечтателей» Бертолуччи. (На мой сугубо личный ассоциэйшн.)

От «Рипли» здесь психологические игры, тревожная атмосфера и неоднозначные персонажи. От «Крысятника» совершенно специфическая интонация, в которой жестокость, абсурд и чёрный юмор существуют как нечто само собой разумеющееся. А от «Мечтателей» вуайеризм, чувственность и замкнутый мир привилегированной молодёжи, в который попадает посторонний человек.

Эстетствующее, провокационное, местами шокирующее полотно с английским акцентом. Отдельный бонус - саундтрек. Микс английских тыщалетних особняков и хитов 2000-х потрясающе сочетается.

А Барри Кеоган как здесь хорош и неожиданен (это тот самый, который играл в «Убийстве священного оленя»). И вот вроде бы снова перед нами инаковый персонаж, чудак, который своим присутствием подсвечивает «чёрные лестницы» чужой жизни. Только на этот раз объектом исследования становится он сам и зеркало разворачивается в его сторону. (Кстати, обратите внимание на количество отражений в фильме.)

И что особенно интересно, сюжет-то не сказать чтобы поражает неожиданными поворотами. Основная интрига считывается чуть ли не с самого начала. Но как искусно всё снято, как красиво разыграно! Ты вроде бы понимаешь, куда тебя ведут, но всё равно с удовольствием идёшь.

Конечно, отдельной остроты этой истории добавляет тема классовых различий. И не столько само столкновение с привилегированным классом, сколько вопрос: что происходит с нашим представлением о себе, когда мы оказываемся в мире, которому не принадлежим?

В общем, любителям триллеров, красивостей и всяческих человеческих пороков настоятельно рекомендую.

P. S. А моя ближайшая лекция пройдёт 18 октября и будет называться «Метамодерн. Идентичность как форма капитала».