Вашы Грошы 🏅🏅

Средняя зарплата в Беларуси — это 680 чарок со шкварками. Новый рекорд 🎉

Индекс «ЧаркаШкварка» (100 г бескостной свинины плюс 100 мл водки) во II квартале 2026 года стоил в среднем 4,44 рубля, и на среднюю начисленную зарплату его можно было взять около 680 раз. Кварталом раньше выходило 648, а прежний максимум IV квартала 2025 года держался на 663. Причина простая: за год зарплаты прибавили 13,5%, а набор подорожал только на 7,5%. Причём свинина даже немного подешевела — весь рост цены обеспечила водка. Государство бережёт «социально чувствительные» товары от резкого удорожания, и, судя по цифрам, свинина в этот список попадает лучше, чем чарка.

Интереснее другое: рекорд поставили регионы, а не Минск. В столице показатель вырос за год всего на 1% — с 896 до 907 ЧШ, потому что минская чарка-шкварка подорожала больше чем на 10%, с 3,94 до 4,35 рубля, и съела прибавку к зарплате. В областях годовой рост — 6–9%. Гродненская за один квартал прибавила сразу 8% и вышла на 625 ЧШ, Гомельская — 619, Брестская — 613, Витебская — 606. Могилевская осталась последней с 532, но и она за год подросла примерно на 7%. Разрыв между Минском и остальной страной впервые за долгое время начал сокращаться — не потому что в регионах стало хорошо, а потому что в Минске стало дорого.

Отдельный сюжет — Минская область. Формально зарплата там одна из самых высоких, а по покупательной способности выходит 643 ЧШ, ненамного больше Гродненской с её 625. Всё уходит в цену набора: 4,78 рубля, столько же, сколько в самой бедной Могилевской области. Виновата водка, которая к июню стоила в области 32,22 рубля — заметно дороже, чем у соседей.

Полный обзор с разбивкой по регионам и месяцам: https://your-money.info/articles/5250

А в вашем городе что за год подорожало заметнее — еда или всё остальное?

Свинина в начале года дешевела, а «чарка-шкварка» всё равно подорожала. Догадайтесь, кто виноват.

За год корзина из 100 граммов свинины и 100 мл водки выросла с 4,00 до 4,36 рубля — это +9%, заметно выше официальной инфляции. Свинина при этом немного дешевела. Тянет вверх водка: внутри I квартала 2026 года корзина ушла с 4,30 рубля в январе до 4,44 в марте, и почти весь этот рост — алкогольный.

Со средней зарплатой история двоякая. Год к году её покупательная способность по ЧШ выросла на 4% — с 622 до 648 наборов. Но к концу 2025-го (663 ЧШ) — заметный откат. Часть объясняется сезонностью: премии и бонусы традиционно подтягивают зарплату в IV квартале.

Региональный разрыв остаётся радикальным. Минчанин на среднюю зарплату покупает 877 наборов «чарка-шкварка», житель Могилёвской области — 498. Это 57% от столичного уровня. Парадокс: отрыв Минска держится не на дешёвой корзине (4,34 рубля, средний уровень), а на зарплате. Могилёвщина же собрала худшую комбинацию — самые низкие заработки и самая дорогая ЧШ (4,70 рубля). А самая дешёвая корзина страны — в Витебской области, 4,20 рубля, — в лидеры регион не вывела: 564 ЧШ.

Подробный разбор: https://your-money.info/articles/5245

Плюс с СНГ не спасает. Разбираемся, где именно «проседает» торговый баланс Беларуси.

Валютные вклады сдулись, а “быстрые” доллары выросли

Еще десять лет назад валютные сбережения беларусов и беларусок выглядели довольно предсказуемо: если доллары попали в банк, то чаще всего — «спать под процент» на вкладе. Сейчас картина другая — валюта, хранящаяся во вкладах и валюта на текущих счетах почти сравнялись. Объясняем, почему так происходит и чем грозит для экономики.

Пенсии в Беларуси выросли в рублях — но в долларах страна вернулась в 2014 год. Вот такие успехи.

Треть жителей страны считает свое здоровье хорошим, но мужчины и женщины видят себя по-разному.

Мужчины, живущие в среднем на 10 лет меньше, значительно чаще рапортуют: «здоровье хорошее». Рассказываем, что показала субъективная самооценка из выборочного обследования домашних хозяйств.

Минус 3% за год: что происходит с кредитами для беларусов и беларусок?

Власти охлаждают розничное кредитование. Рассказываем, почему это выгодно.

Официально 6,8%, по ощущениям 11%: беларусы не верят в статистику по инфляции

Официальная инфляция в Беларуси по итогам 2025 года выглядит неплохо: индекс потребительских цен составил 106,8%, то есть, рост цен за год — 6,8%. Но есть и другой термометр состояния цен — инфляционные ожидания, и он показывает, что «пациент» ощущает себя значительно хуже, чем кажется на самом деле.

Длительная безработица снижается, но женская все еще высока

В статистике рынка труда есть показатель, который редко попадает в новости, хотя говорит о самом неприятном: сколько людей, потеряв работу, выпадает из нормального ритма жизни надолго. Речь о тех, кто ищет работу больше 12 месяцев. Рассказываем, как обстоят дела в Беларуси.

За год ЗВР выросли почти на $5 млрд. Страна резко разбогатела?
На самом деле, не совсем. Разбираемся тут, из чего сложился рост.

🎉 А у нас для вас квіз пра нябачную працу і (не)роўнасць у побыце!
Усяго 4 пытанні — але колькі важных сэнсаў за імі стаіць. Праверце сябе і даведайцеся, што хаваецца за звычайнымі “хатнімі справамі”.
⏱️ Прайсці можна анлайн — хутка, зручна і з карысцю.

Минус $1,63 млрд за год: что означает валютное поведение беларусов для экономики?

В 2025 году население Беларуси стало чистым продавцом валюты. По данным Национального банка, суммарно за год люди купили иностранной валюты на 12,95 млрд $, а продали — на 14,58 млрд $. Чистая продажа — $1,63 млрд. Обсуждаем, какие выводы из этого можно сделать.

Правительство восполняет дефицит на рынке труда за счет подростков, пенсионеров и мигрантов

В 2025-м занятость в Беларуси подросла после нескольких лет затяжного падения, но произошло это в ситуации, когда «естественных» внутренних человеческих резервов в стране почти не осталось. Экономика агрессивно привлекала тех, кого могла. Рассказываем, как это было.

Курящих стало меньше, но женское курение в Беларуси выросло вдвое

Отказаться от табака беларусскому правительству значительно сложнее, чем заядлому курильщику: с одной стороны, курение наносит непоправимый вред здоровью граждан, с другой — приносит деньги через налоги и легальное производство здесь и сейчас. Угадайте, что оказывается в приоритете?

«Картофельная страна» рискует остаться без картошки?

По данным Белстата, посевные площади под картофель за последние десятилетия сжались почти драматически: если в конце 1990-х под него отводили около 700 тыс. гектаров, то к 2025 году — уже 139,9 тыс. гектаров, то есть примерно в пять раз меньше. Подробности тут.

Зарплаты растут, «шкварка» дорожает: где в Беларуси покупательская способность реально лучше?

Беларусская статистика умеет выглядеть красиво: средние зарплаты растут, инфляция — «в разумных пределах», в отчетах все вполне прилично. На бумаге. Но у нашего с вами кошелька своя бухгалтерия. Именно поэтому мы снова считаем индекс «ЧаркаШкварка» — максимально приземленный способ проверить, как официальные цифры соответствуют реальности.

Стройка спасает статистику: вялый рост ВВП держится всего на нескольких отраслях.

Самый заметный вклад в общий результат дает строительство: +0,5 процентного пункта к темпу ВВП. Второй «локомотив» — информация и связь: +0,2 п.п. Третьим идет блок транспортной деятельности/складирования/почты и курьерских услуг: +0,1 п.п. На этом фоне два сектора, которые обычно воспринимаются как «пульс повседневной экономики», выглядят вяло: торговля (оптовая и розничная, включая ремонт авто) и сельское хозяйство дают фактически нулевой вклад в рост. А какой главный сигнал тревоги?

Белстат измерил «неоплачиваемую работу»: кто на самом деле тянет домашние хлопоты, и что изменилось за 10 лет?

Разрыв по полу занятых в быту все еще критически неравномерен: женщины тратят 4 часа 36 минут в день, а мужчины — всего 2 часа 17 минут. В пересчете на год эти цифры превращаются в дополнительные недели полноценной занятости — только без контракта и отпускных. Рассказываем подробно.

Жители Беларуси стали тратить в магазинах по 30,9 рубля в день. И покупки росли не только номинально, из-за инфляции — по официальной оценке, увеличивался и физический объем продаж. Косвенно это поддерживает и статистика по реальным располагаемым денежным доходам: за январь–октябрь 2025 года Белстат оценил их на уровне плюс 10% к аналогичному периоду 2024-го. Наконец-то заживем?

В Беларуси все меньше «удаленщиков» и работающих part-time. Что происходит?

После ковидного перелома многие рынки труда действительно «распробовали» гибкость — удаленку, короткую неделю, частичную занятость (part-time). Но в Беларуси, если верить статистике, новой массовой нормой такой подход к работе так и не стал: доля занятых, работающих неполный рабочий день, за десятилетие не растет, а медленно сползает вниз. Это резко контрастирует с европейскими странами, где частичная занятость – обычное дело, особенно для женщин. О чем это говорит?