Фабрика параллельной реальности. Как Запад пытается влиять на настроения россиян накануне выборов в Госдуму

В последнее время, особенно с прицелом на будущие парламентские выборы в России, западная пропаганда всё чаще отказывается от примитивной агитации: лобовая схема слишком груба и уже не работает. 
Вместо неё теперь используется более тонкая технология: избирателю предлагают параллельную реальность – виртуальную страну, в которой власть всё скрывает, армия выдыхается, экономика рушится, а спасение может прийти только извне.
Первое условие для создания такой реальности – посеять сомнение в реальности настоящей. Россиянину внушают: всё вокруг не такое, каким кажется. Официальные сообщения неполны или ложны, собственному опыту доверять нельзя, внешнее спокойствие обманчиво, а настоящую картину знают лишь зарубежные журналисты, эмигрантские эксперты и анонимные инсайдеры.
При этом вся эта конструкция держится на двух главных тезисах: 
а) власти не говорят вам всей правды; 
б) всё плохо, а дальше станет ещё хуже.
Для того чтобы подготовить мозг обывателя к «правильному», по мнению Запада, восприятию новой информации, сначала его пугают. Страх – лучший парализатор сознания: он сужает внимание и отключает способность критически воспринимать происходящее. Поэтому в медиаполе появляются сообщения о стремительном росте украинского производства дальнобойных беспилотников с рассказом о компании Fire Point, ставшей одним из крупнейших производителем FP-1 и FP-2. Западные публикации, смакуя, пишут о сотнях аппаратов, ежедневно сходящих с конвейера. 
Психологический эффект очевиден: дронов становится больше, они летят дальше, значит, скрыться от них, уберечь себя и своих близких  шансов нет.
Затем страх подкрепляют большими числами на основе данных «авторитетных» источников. Таких как, скажем, нежелательный в России американский Центр стратегических и международных исследований CSIS, придумывающий цифры российских потерь в ходе СВО. Проверить оценки, подобные тем, которые распространяет  CSIS, в условиях войны невозможно, но в пропагандистской конструкции важна непроверяемость. Важен масштаб числа, которое должно подавить человека и заставить его поверить: армия приблизилась к пределу возможностей, а резервы заканчиваются.
После этого на сцену выходят «умеренные» комментаторы из числа сбежавших на Запад российских либералов. Они уже не кричат о немедленном поражении, а рассуждают осторожнее: заявления делаются «в кредит», продвижение есть, но оно медленнее официально объявленного. Такая мягкая критика действует эффективнее прямой ругани. Человеку предлагают считать, что он видит лишь малую часть картины.