В.: Вопрос — есть ли у богов карма? Потому как если вспомнить христианского Бога, как минимум, там было много зла в отношении человеков. Или карма это только для человеч.душ, а богам всё можно?
Ответ:
Сильно зависит от того, из какой оптики смотреть.
•Во-первых, что при этом вопросе понимается под кармой и под Богами?
•Во-вторых, а зачем этот ответ нужен? Божество к ответу ты не призовёшь, сам им не станешь. В чём смысл ответа? Куда его применять?
•В-третьих, ответ зависит и от того, в рамках какой традиции мы на это смотрим.
В Старшей Эдде например, есть кусок в «Прорицании Вёльвы».
Путы Локи ослабнут и Рагнарёк произойдёт, после того, как:
Völuspá
«45. Bræðr munu berjask
ok at bönum verðask,
munu systrungar
sifjum spilla;
hart er í heimi,
hórdómr mikill,
skeggöld, skalmöld,
skildir ro klofnir,
vindöld, vargöld,
áðr veröld steypisk;
mun engi maðr
öðrum þyrma.»
«45. Братья начнут
биться друг с другом,
родичи близкие
в распрях погибнут;
тягостно в мире,
великий блуд,
век мечей и секир,
треснут щиты,
век бурь и волков
до гибели мира;
щадить человек
человека не станет.»
Вроде как про последствия косяков. Можно приплести.
→ Другой вопрос, что там уже есть элементы христианства, их усматривают в этой строфе и в той части, где:
«65. Þá kemr inn ríki
at regindómi
öflugr ofan,
sá er öllu ræðr.»
«65. Нисходит тогда
мира владыка,
правящий всем
властелин могучий.»
→ Второй вопрос, и он для меня имеет интерес — это сохранилось и прижилось. Да, не в последнюю очередь, потому что записывалось это уже служителями христианскими.
Но тем не менее, я в этом усматриваю и другой мотив: у людей того времени был запрос на уже не только героическую мораль и оптику.
Христианству явно было что предложить во время смены веры, помимо резни.
Процитирую Алана, он хорошо написал, поэтому я могу не вставать тут сама:
II
Язычество того периода проиграло духовную войну за сферы влияния над умами и душами людей хотя бы из-за того, что не было готово к изменениям, жрецы и правители не понимали, что на их поле игра ведётся уже по чужим правилам. Или же понимали, но не считали это чем-то существенным и/или опасным. При всех вариантах посмертия в ГСЯ, которое не ограничивается Вальхаллой, Фольквангом и Хельхеймом, христианская мысль очень сильно подкупила людей тем, что «веруй и дано тебе будет равенство в посмертии». И, на самом деле, это было очень актуально, ибо большую часть народонаселения составляли всё же не воины и правители, а обычные крестьяне, землепашцы, ремесленники и т.д. И, несмотря на попытки некоторых конунгов вернуть языческие порядки, камбэка не случилось.
Я тоже думала на эти темы, но про это отдельно надо, если вообще надо.
→ Третий вопрос, который на мой взгляд тоже представляет интерес.
Если мы возьмём в работу воспитательный элемент религии (а он был, вначале религия была источником морали и норм общества, если вдруг кто не знает), то тогда истории, где Божества карают людей, нередко связаны с каким-либо, простите меня, пусть будет термин «грехом» — в плане — ошибкой мышления, позиционирования, отношения человека к ситуации.
Сейчас отклонюсь немного в Грецию.
Например, истории о Фаэтоне, Икаре и тд и тп — это истории о переоценке человеком своих возможностей и о том, как в первую очередь гордыня и потеря самоконтроля привела людей к беде, а уже потом — Боги дали по шапке, условно. Истории об Арахне и Марсии — тоже история о том, что существа не божественного порядка и уровня бросили вызов силам, которые их превосходят. И их расплата — тоже где-то в этой категории в том числе.
В северной мифологии явно заметно, что обман и переодевашки в женское не порицаются, если личные цели были достигнуты (Один, Тор), но осуждаются, если не ведут к личному выигрышу и усилению личных же позиций (Локи).
Но вопросы морали Северных Богов всё же вне моей епархии и иерархии (не тот уровень), я здесь скорее делаю выбор в пользу модели поведения и личных симпатий.