Внезапно ноги ослабли настолько, что Лорели с размаху рухнула на колени, ударившись о сырую, холодную от непрерывного дождя землю. Тупая боль мгновенно пролилась по измученному телу. Девушка бессильно опустила голову, и намокшие, тяжелые пряди волос полностью закрыли ее лицо.
И тут сквозь шум дождя донеслись шаги. Тихие, неторопливые. Сначала ей показалось, что это лишь галлюцинация. Но, преодолевая слабость, девушка резко поднялась, сделала несколько шагов назад и вжалась спиной в шероховатый ствол дерева.
Подняв взгляд, она столкнулась взором с незнакомцем. Он явно заметил ее раньше, чем она его. На его губах застыла хищная, довольная улыбка, а шаг стал еще более медленным, размеренным. Мужчина точно знал: она не сбежит. Она останется здесь и пойдет с ним.
Незнакомец остановился в шаге от нее. Его холодные пальцы медленно, почти ласково убрали мокрую прядь волос с ее лица.
– Я – Скендер, хозяин цирка Арканус, – произнес он, и его голос прозвучал как яд. – Я дам тебе то, чего так и не смогла дать твоя мать. Ты давно интересуешь меня.
Он властно протянул ей ладонь, ожидая повиновения. Но девушка лишь крепче сжала пальцы в кулаки, не желая вымолвить ни слова в ответ.
– Я дам тебе жизнь куда лучшую, чем то существование, на которое обрекла тебя мать, – тише добавил он, не сводя с нее взгляда. – Просто позволь мне стать твоим хозяином.
Тогда она даже не думала соглашаться, но в этом предложении крошился единственный шанс больше никогда не возвращаться назад. А зная мать, та не оставит Лорели в покое, пока не выследит и не вернет. Скендер пусть и не внушал особого доверия, но казался хотя бы иллюзией спасения. В крайнем случае от него всегда можно сбежать... Наверное.
6 месяцев спустя...
Новое имя, слава, сжирающий изнутри страх и восторг – все смешалось в единый кокон. Нагайна. Прежней девушки больше не существовало. Имени, брошенного матерью при рождении после беглого взгляда в случайную книгу, больше нет.
Новая личность приводила в трепет и ее саму, и толпу, ежедневно наполнявшую цирк. Посетителей изумляло абсолютно все: от ее завораживающей внешности до осознания, что прямо перед ними стоит настоящий Маледиктус. Многие лишь читали о таких существах на страницах старых фолиантов, а теперь могли упиваться этим зрелищем в цирке Скендера. Сам же хозяин был на седьмом небе от счастья, заимев в свою коллекцию столь редкое создание.
Но за тяжелым занавесом, куда не проникали глазеющие взоры публики, скрывался беспросветный кошмар. Скендер оказался истинным тираном, превратившим своих артистов в бесправных рабов. За кулисами вечно стоял въедливый запах свежей крови и разносились крики невинных, посмевших воспротивиться его воле. Нагайна лишь тяжело вздыхала, глядя на старые, едва заметные шрамы, оставленные матерью. Со временем она привыкла к жестокости Скендера. Девушка научилась тонко чувствовать, когда стоит слиться, если хозяин рвал и метал из-за низкой прибыли, а когда он становился преувеличенно добр. К ней он проявлял особое внимание, и Нагайна хотя бы понимала, как себя вести – в отличие от бесконечной хаотичной тирании матери.
Впрочем, под горячую руку попадала и змея. Редко, но на ее теле все же появлялись глубокие, кровоточащие раны, и в такие периоды она чувствовала себя абсолютно бессильной. Скендер идеально усвоил, как ею манипулировать. В моменты, когда Нагайну сжигала невыносимая жажда того самого неизвестного яда, он нарочно молчал, смакуя ее мучения. Он догадался о ее зависимости с первых же минут, едва увидав ее в том лесу.
Он твердил, будто поговорил с ее матерью и та добровольно отпустила дочь. Возможно, он лгал. Но Маркиза действительно больше никогда не тревожила ее. Не желала найти или просто не могла? Это так и осталось тайной...
***
Нагайна тяжело вздохнула, закатывая глаза. Она молча сидела в полумраке холодной подсобки, пока перед ней на коленях не спеша заматывал раны Криденс Бэрбоун. Глубокие порезы, оставленные Скендером, ещё жгли измученную кожу, а тихий голос парня привычно разрезал густую тишину.
Post #44
86
- 🕊 4
- 🌚 4
- 🆒 3