8 октября 1660 г. состоялось одно из самых масштабных сражений Русско-польской войны 1654-1667 гг. – битва на реке Басе у ныне не существующего села Губарево (Могилевская область Беларуси). В этом сражении сошлись русская армия кн. Юрия Алексеевича Долгорукова и польско-литовская гетмана Павла Сапеги и Стефана Чарнецкого.
В ходе битвы Московский выборный полк А. Шепелева, полки В. Дромонта, А. Шневенца и шесть московских стрелецких приказов стойко отразили атаки литовских гусар, рассеяли казацкие хоругви, опрокинув их на пехоту Сапеги, растоптанную лошадьми бегущих всадников. Преследуя отступающих, русские достигли шанцев и перебили бывших там венгерских и немецких пехотинцев. Сам гетман Сапега с саблей в руках был в гуще сечи, под ним убили коня и он чудом избежал смерти.
Польский шляхтич В. Коховский писал: «у брода реки оказалась такая масса трупов, что река была запружена ими, и вода поднялась было на 8 дюймов … жизнь воеводы Сапеги, когда под ним от тяжелой раны упала лошадь, была в большой опасности».
На флангах ситуация сложилась иначе. Русская конница была разбита польско-литовскими гусарами и прогнана с поля боя. Однако, твердо стоявшая в центре пехота стойко отражала все последующие атаки до самой ночи, а затем спокойно вернулась в свой лагерь.
Поражение кавалерии в войнах той эпохи обычно приводило к полному уничтожению оставшейся без прикрытия пехоты, но в данном случае солдаты и московские стрельцы, окружившие себя рогатками, продемонстрировали высочайшие боевые качества, умение и дисциплину, позволившие им без большого урона отбросить неприятеля и лишить его победы.
Полковник солдатского строя Альбрехт Шневенц, сражавшийся со своим полком в центре позиции, после битвы писал, что начальные люди его полка
«ис скорострилных пушек стреляли також, что и у Бовмана (т.е. у генерала Баумана под Конотопом), и мы... на бою у гетмана Чернавского (Чарнецкого) ис скорострелных пушек коней побили много, а дважды Чернавского гусары и панцерные роты и пехота на наш полк наступала, и мы … гусар и панцерные роты и пехоту от себя прочь отбили…».
Шневенц особо отметил:
«с полевово бою… без боярского указа с места не сходили…, а ис скорострелных пушек и салдаты ис мушкетов били безпре(станно), а стояли целой день до вечера», и лишь когда от боярина приказ пришел, «идти с поля в табары», тогда они «с поля в табары пошли и двои шанцы в табарах для всяково обереженья покопали».
Успешные действия пехоты не позволили врагу добиться поставленной цели – разгромить русскую армию и отбросить её к Смоленску. Вместо этого армия кн. Ю.А. Долгорукова снова перешла в наступление и освободила Могилёв от польско-литовской осады.
Общая численность польско-литовских войск составляла 17 тыс. чел. Численность армии Ю.А. Долгорукого - 15 тыс. чел. Потери русских - 384 чел. убитыми, 522 ранеными и 193 пленными и без вести пропавшими. Урон противника - до 1,5 тыс. убитыми.
Игорь Бабулин