Как только моему телу позволено было скорбеть, печаль по Рокки свернулась в тугой, плотный комок моей собственной боли — так, что их уже нельзя было различить. Масса гнева, ужаса и беспросветного отчаяния в моей груди кристаллизовались в тёмное ядро, тяжёлое, словно сердце умирающей звезды. Оно физически придавило меня к полу, такова была его сила.
Рокки провёл на том корабле сорок шесть лет — дольше, чем я живу на свете. Я больше никогда не увижу неба. Теперь никому из нас не одиноко, но, будучи единственным представителем своего вида в этой части галактики, я до конца своих дней буду одинок во многом другом. Я больше никогда не увижу неба. Рокки добр и благороден, он не заслужил того, что с ним случилось. Я больше никогда не увижу неба. Рокки не видел свою пару почти полвека. Он даже не знает, ждёт ли она его дома до сих пор. Я больше никогда не увижу неба. У меня и пары-то никогда не было, у меня нет семьи, а ещё я никогда не увижу, как мои ученики взрослеют и достигают величайших успехов. Никогда больше в моём классе не будет нового выводка детей, чьи широко распахнутые глаза и любопытные лица будут обращены ко мне при свете солнца. Они были, господи... Они были чёртовым смыслом моего существования, и я никогда больше не увижу ни их, ни неба. Рокки — теперь весь мой мир, и так будет до конца моей жизни, какой бы она ни была. Даже если я доберусь до Эрида и выживу, я буду зависеть от него и его народа до самой смерти. Моя свобода исчезла так же безвозвратно, как в тот раз, когда Стратт её отняла. Я больше никогда не увижу неба. У меня отняли всё, и я даже не могу злиться на тех, кто это сделал, потому что они поступили единственно возможным в том положении образом.
Я больше никогда не увижу неба.
Никогда.
— The Wire Mother by nopaintjustpain on ao3 #projecthailmary