🤩🤩🤩🤩🤩 🤩🤩

Она входит.

Кабинет просторный. Светлый. Панорамные окна во всю стену, за которыми раскинулся Лондон — серый и дождливый. Малфой поднимается из-за стола, приветствуя ее. На нем темно-синий костюм, белая рубашка без галстука. Верхняя пуговица расстегнута. Выглядит он так, будто только что сошел с обложки делового журнала.

Идеально. Безупречно. Раздражающе.

— Мисс Грейнджер, — говорит он, и в голосе слышится удивление. Или лишь его имитация. — Не ожидал. Что привело вас ко мне? — Малфой протягивает руку, указывая на кресло перед собой.

Гермиона не садится. Не отвечает на приветствие. Просто смотрит на него — прямо, холодно, — и начинает говорить. Голос ровный, но в нем отчетливо проступает сарказм, явно можно уловить злость, но как же плевать.

— Ваша жена, мистер Малфой. Она приходила ко мне сегодня. В офис. Мало того, что пыталась отговорить меня от ведения дела, так еще и угрожала. И знаете, что еще она мне сообщила? Очень интересный факт. Тот, о котором вы, почему-то, забыли меня уведомить.

Она делает паузу, наблюдая за его реакцией. Малфой мрачнеет. Медленно. Тень пробегает по лицу, скулы напрягаются, а в серых глазах вспыхивает что-то темное. Он не перебивает, не пытается оправдаться. И слава богу.

— Она сказала, что вы собираетесь давить на ее отца. Что семья не позволит вам опозорить фамилию. И что моя репутация, — Гермиона выделяет это слово, вкладывая в него всю свою злость, — будет уничтожена, если я не отступлю.

Малфой молчит несколько секунд. Затем медленно, очень медленно, выдыхает.

— Я поговорю с Асторией, — говорит он. Кажется, в его тоне можно расслышать искреннюю вину и сожаление, но сейчас Гермиона глуха к подобному. — Еще раз. Она не должна была…

— Не должна была — что? — перебивает Гермиона. — Приходить ко мне? Угрожать? Или вы просто не ожидали, что она это сделает?

Она делает шаг вперед, и ее голос становится жестче.

— Так дело не пойдет. Я попрошу Пэнси назначить нового адвоката.

Малфой вскидывает бровь на ее выпад. В серых глазах, затуманенных явным недовольством мелькает новая эмоция — раздражение. И явно направленное не на жену.

— Вы испугались?

— Вы видимо не понимаете. Я делаю свою работу, — отрезает Гермиона. — Но раз в моих услугах нет необходимости, и вы позволяете себе скрывать от меня важную информацию, которая может повлиять на дело, я не вижу смысла в этом фарсе.

— С чего вы взяли, что я в вас не нуждаюсь? — Малфой морщится, уже не скрывая досады и раздражения. Да, возможно это все слабость со стороны Гермионы, но, скорее всего, ей не стоило начинать работу над этим делом в принципе. Она не может быть непредвзятой. Голова не холодная, а эмоции берут вверх рядом с этим мужчиной.

— С того, что вы не сочли нужным рассказать мне о давлении на отца вашей жены, — отрезает Гермиона. — Что это вообще значит, черт возьми?! Вы сами сказали, что готовы отдать жене больше, чем полагается, чтобы получить развод. Что за околокриминальные наклонности.

— Я не обязан отчитываться перед вами о каждом своем шаге, — парирует Малфой, и голос становится холодным. И он прав, черт возьми.

— Вы обязаны предоставлять мне информацию, которая касается дела! — Гермиона повышает голос, и эхо разносится по кабинету. — Или вы вообще забыли, зачем мы здесь? Явно не для того, чтобы вы разорились, сделав неверный шаг. Или же не погрязли в браке снова, убив мою репутацию.

— Я помню, — цедит Малфой, и в его глазах вспыхивает злость. Она сметает прежнее недовольство и кажется слишком яркой и острой. — Но, возможно, вы забыли, что я ваш клиент. И что вы должны работать на меня, а не читать мне нотации.

— Работать на вас? — Гермиона усмехается, и в этом смехе нет ни капли веселья. — Я пытаюсь отстоять ваши интересы! От вашей жены. От ее семьи. От вашей собственной гордости, которая, кажется, мешает вам видеть очевидное.

— Очевидное — это что? — Малфой делает шаг по направлению к ней, заставляя напрячься еще сильнее. — Что вы не можете справиться с давлением? Что одна угроза — и вы готовы сбежать?

#mikaray_госпожа_адвокат