Для сторонников Джорджеску это становится доказательством того, что произошло не поражение, а политический разворот. Для его противников — сигналом о вмешательстве Вашингтона.А для самих американцев — возможностью продемонстрировать, что именно они определяют новую архитектуру отношений с Бухарестом.
 Седьмой акт. Новая конструкция власти.
Дальше пока остаются только догадки. Джорджеску становится президентом.
Джордже Симион — премьер-министром. То есть формируется дуумвират национал-консервативного типа:
Президент — Кэлин Джорджеску.
Правительство — Джордже Симион.
  При этом Румыния не выходит из НАТО и не разрывает отношения с США.
Наоборот. Новая власть заявляет: «Мы хотим сильной Румынии внутри НАТО, но Румынии, которая самостоятельно определяет свои национальные интересы».
  И именно здесь возникает главный парадокс. Впрочем, вполне в стиле Западных сценариев. Джорджеску, которого многие воспринимают как политика, конфликтующего с западной системой, превращается в американского переговорщика совершенно другого типа. Не против НАТО. А против старой политической элиты.
 Восьмой акт. А что происходит с Молдовой?
 И здесь в сценарий входит Майя Санду. Если новая румынская власть действительно делает ставку на максимально прагматичные отношения с Вашингтоном, Киевом и Брюсселем, её отношения с Кишинёвом могут стать одним из главных вопросов. И тут Вашингтон перестаёт рассматривать Санду как безусловного политического партнёра. Следующий шаг — дипломатическая изоляция. А затем появляется формулировка: persona non grata.
  Девятый акт. Что остаётся за кулисами?
  Если отбросить эмоциональную оболочку, вся теория держится на четырёх постулатах:
1.     Арест Джорджеску — не самостоятельное уголовное дело, а часть более широкой политической операции.
2.     Поездка Никушора Дана в Нью-Йорк связана с закрытыми переговорами о будущем Румынии.
3.     Трамп готов использовать американское военное и финансовое влияние для перестройки румынской политики.
4.     Джорджеску после освобождения должен стать центральной фигурой новой политической конструкции.