Сейчас родовые заряды родом из Великой Отечественной у людей пашут дай боже, на пределе сил.

У тех, у кого родные с войны вернулись/оккупацию пережили/тыл поднимали/из пиздецов спаслись/теряли и с ноля начинали опять — у них в целом устойчивость в хаосе мира вокруг повыше. Ну не то чтобы прям война мать родна, но в целом есть нутряное ощущение — «переживем и это». Потому что не первый раз уже кровушка через это проходит. И тут важен не сам факт «выжили», но то, что было дальше — «... и продолжили жить дальше». Вот оно навсегда в этой самой крови остаётся.

А вот люди, у которых у бабушек и дедушек «и продолжили жить дальше» не случилось, и человек хоть и жив, но навсегда застрял в ужасах и потерях, до самой старости — вот им сейчас тяжеловато. Причем вне зависимости от того, где они живут и насколько далеко от них пиздорез. Собственно, кровь помнит.

Выводов каких-то из этого не сделаешь: замечать за собой, разделять родовое и личное, если родовое надломано и опоры не даёт. Жить дальше.