Почему в Москве отменили публичные слушания, и что мы потеряли с их отменой

Предлогом для отмены публичных слушаний (ПС) в Москве стали санкции. Соответствующие поправки в ФЗ так и описаны в сопроводительной справке: «особенности правового регулирования градостроительных, земельных, жилищных, инвестиционных и иных отношений в условиях санкций».

Ведь что такое ПС с точки зрения застройщиков и чиновников? Издержки и бюрократия. Девелоперы даже нанимали специальных консультантов, которые прямо по договору «обеспечивают положительные результаты публичных слушаний». И стоили такие услуги миллионы рублей. Для застройщиков это копейки, а вот время, потраченное на ПС, стоит дорого.

Поэтому отмена ПС это реальная мера по дерегуляции строительной отрасли, которой бизнес открыто радуется: «С точки зрения бизнеса, проблемы устранены, сроки сокращены, доходность проектов повышена и так далее».

А с точки зрения горожан?

По факту ПС по застройке в Москве не проводятся с весны 2020 года (за единичными исключениями), когда под предлогом другой беды — пандемии — их перевели в формат «общественных обсуждений». Под этим благостным словосочетанием скрывается тупо голосовалка на «Активном гражданине», где на титульную страницу выкладывают красивые картинки, а сами обсуждаемые документы прячут в тяжёлые файлы по ссылке в подстрочнике. Классика собянинского пиара. Отмену ПС готовили заранее под реновацию: чтобы перестроить полгорода за 12 лет нужно радикально дерегулировать отрасль.

Кстати, автором поправок об «общественных слушаниях» в Мосгордуме был депутат-единоросс Зверев из моего округа, которого мы отправили на пенсию на выборах 2019 года. Я тогда вложил в это много сил и был очень доволен результатом.

Что мы потеряли за эти два года без ПС? В прошлом посте я написал, что формально ПС никогда не были формой участия граждан в градостроительной политике. Но на практике они кое-что давали обществу.

1)Информирование.
Да, чиновники всегда саботировали уведомления о ПС, чтобы потом сказать, что вы сами не пришли. Но при желании активные горожане могли организоваться сами и собрать соседей. С переходом в АГ эта опция пропала — не будешь же звать людей голосовать в интернете за картинки.

2)Коллективное участие.
Собрания участников слушаний в школьном актовом зале с бубнящими под нос проектировщиками-социофобами часто превращались в стихийные гражданские ассамблеи. Возможность официально собраться в одном месте, увидеть и услышать соседей и публично задать вопросы чиновникам — теперь это невообразимый разгул демократии.

Наконец, надо понимать, что появление ПС в законодательстве не было подарком с небес, общество завоевало их своей активностью. В московских законах ПС по градостроительным проектам появились только в 2008 году как ответ властей на социально-политическое напряжение вокруг застройки. Первые слушания в Москве прошли в 2009 году по Генплану-2025 и стали настоящим стресс-тестом для мэрии и особенно для префектов.

Только вдумайтесь: теперь у людей в Москве нет вообще буквально никаких формальных способов повлиять на градостроительную политику, кроме выборов мэра раз в пять лет. То есть если у вас во дворе совершается градостроительная ошибка, то вам с соседями, чтобы её исправить, надо дождаться выборов и сменить всю городскую власть.

Знаете, что бывает с системами власти, которые не способны учитывать локальные потребности людей без масштабных политических изменений? Правильно, они долго не живут. В следующий раз о том, почему город-государство Лужкова-Собянина обречено.