Публичные слушания отменили, но они продолжают нас обманывать

Недавно Правительство Москвы разрешило себе не проводить публичные слушания по градостроительным проектам. Этот возмутительный шаг многие журналисты и активисты стали трактовать как лишение горожан права влиять на застройку в городе. Но публичные слушания (ПС) формально никогда и не были таким правом.

ПС часто воспринимают как голосование: если отрицательные отзывы на проект перевесят, то чиновники должны его пересмотреть. На самом деле это не так. Закон требует лишь «учесть» результаты ПС, юридически это не означает буквально ничего, кроме строчки в решении градостроительной комиссии о том, что «учтены результаты публичных слушаний».

Граждане, конечно, никогда не мирились с этим и продвигали свою трактовку. В 2010 году активисты кампании против строительства «Охта-центра» в Санкт-Петербурге дошли до Конституционного суда, который своим определением поставил точку в вопросе о статусе ПС:

«Будучи публично-правовым институтом, призванным обеспечить открытое, независимое и свободное обсуждение общественно значимых проблем (вопросов), имеющих существенное значение для граждан, проживающих на территории соответствующего публичного образования, публичные слушания, по смыслу статьи 3 Конституции Российской Федерации и федерального законодательства, которым регулируется их проведение, не являются формой осуществления власти населением. Тем не менее они предоставляют каждому, кого может затронуть предполагаемое решение, правомочие на принятие которого принадлежит компетентным органам и должностным лицам, возможность участвовать в его обсуждении независимо от наличия специальных знаний либо принадлежности к определенным организациям и объединениям. Конечная цель такого обсуждения — выработка рекомендаций по общественно значимым вопросам либо получение общественной оценки правового акта». (Определение КС РФ от 15.07.2010 №931-О-О)

Проще говоря, звонок для учителя, а публичные слушания для чиновников. С точки зрения закона ПС не являются нашим с вами правом влиять на решения, но являются правом чиновников справочно узнавать наше мнение.

Дело обстоит так не только в России. Известный нам формат ПС изобрели в США в 1960-х годах после громких градостроительных протестов (см. Джейн Джекобс). Уже к 1980-м америнканские чиновники научились саботировать их: минимальное оповещение в газетах объявлений мелким шрифтом, неудобные помещения на окраинах, нечитабельные материалы, игнорирование отзывов граждан и пр. С тех пор опробовано много альтернативных инструментов участия граждан в градостроительной политике, но ничего действенного так и не изобретено, в крупных городах продолжают решать чиновники и застройщики, а горожане продолжают протестовать.

Интересно, что мы в России почему-то склонны считать, что чиновники должны учитывать наше мнение, и интерпретируем ПС как демократический институт своей власти. Поэтому людей очень возмущает, когда результаты ПС игнорируются или фальсифицируются. По-моему, это очень хорошо, потому что это означает, что наше общество имеет какие-то базовые представления о своей власти над государством. На фоне глубокой деполитизации это незаметно, но для будущего это важно.

Ещё интересно, что само Правительство Москвы по какой-то загадочной причине стремилось (до отмены ПС) обеспечить приятные себе результаты слушаний путём разных махинаций и фальсификаций. Об этом явлении и его возможном объяснении я ещё напишу отдельно.