работа с образом
(совпадение ума с телом)
 
Если мне кажется, что я вижу «образ», то можно сказать, что это уже разделение тела и ума.
Совпасть с образом – это немедленное углубление субъекта.
Видеть образ – это действие ума, который не может стать телом.
Совпасть с телом – это значит необратимо измениться прямо сейчас, без возможности остаться на границе и наблюдать свою деформацию. В противном случае деформация предстанет как защемление ума, например, как мышечный спазм.
 
Как работать с анатомическим образом?
Для начала – попробовать поверить, ну или хотя бы – представить – что «это» есть в моем теле, в моей системе координат, в моем восприятии. Я попробую это сравнить с тем, как я прихожу в лес и хочу встретить оленя. Я знаю, что где-то тут есть олень, но я не смогу его встретить сразу же, как войду в лес. Он точно где-то прячется, или занят своими делами, а может, почувствовал мое появление, испугался и замер.
Если я знаю, верю, что где-то тут есть олень, и я планирую его встретить, то мне ни в коем случае не надо бросаться на его поиски, суетиться, метаться, стараться это сделать в максимально короткий срок.
Наоборот, мне необходимо абсолютно затихнуть, насколько это в моих силах, и даже еще больше.  Тогда мое внимание обострится, станет тоньше, чутче. Возможно, я смогу заметить следы, запах, что-то необычное, не очевидное мне.
Если мне повезет встретить оленя в этот раз, то ни в коем случае нельзя радоваться! Это может спугнуть его. Мне надо постараться быть не громче той тишины, которая устроила оленя. Замереть, лечь под куст, не дышать так, как я обычно дышу – все это поможет мне. Мне надо быть готовой не к реагированию, а к деформации, к мгновенному изменению своего ума. Мне нельзя любоваться оленем, мне надо почувствовать – что он хочет, куда он меня зовет.
Сложнее всего признаться, что тот, кого я встретила, это я, а никакой не олень, а лес, в котором я нахожусь, это тоже я, а никакой не лес.
Как это? Я же знаю - что такое лес и как выглядит олень! Я сто раз видела картинки печени, сердца, аллантоиса, половых клеток, вот я и надеюсь их встретить, как оленя в лесу. Трудно признаться, что мой ум способен и должен принимать другие формы кроме той, к которой он привык, и которую идентифицирует как «катя».
Так случилось, что во взрослом возрасте, во взрослом теле мой ум разобран на множество осколков-обломков ума-тела, не деформируемых, спроецированных на другого человека («рядом с ним мне спокойно»), или предмет («что-то ценное»), или даже место («отпуск в италии»). Мне повезло, что я во взрослом возрасте во взрослом теле могу осознанно встречаться с этими формами в любой момент, когда я посчитаю нужным.