Кивнув на просьбу Аксиньи, Иван встал и, стряхнув усталость, раскинул руки. Ночь подхватила его, обняла, бездонная чернота закружила голову. Переступив особым образом, Иван принялся раскачиваться, как это проделывала Агафья, закликая дождь. Однако не успел он и совершить полуоборота, как ухо обжёг заливистый смех: Аксинья откровенно хохотала, схватившись за живот.

— Чего ты смеёшься! — оскорблённо воскликнул Иван. Невозможно было слышать, как девчонка насмехается над его погибшим другом, и раздражение тут же подняло змеиную голову. — Агафья, может, и выдумывала все эти сказки, зато знаешь, с каким сердцем за каждым больным ухаживала? А ты-то будто бы смогла призвать дождь на посевы!

— А я бы, может, и смогла, — вдруг, успокоившись, отрезала Аксинья, и Иван ошеломлённо замолчал, а проводница с горечью закончила. — Да только пользы от этого никакой!

Да-да, у донов есть уже 2 глава черновой версии Яблони "Здесь одна, на много вёрст, в тереме невольница". 😊 Кстати, уже готовится иллюстрация с Иваном и Аксиньей))

#Тайна_яблони