Привет, это Дима. На этой неделе ездил в Мосгорсуд, где поучаствовал сразу в двух заседаниях за день. Помню, как полтора года назад Алексей Навальный говорил, что в последнее время уж больно часто выступает с последним словом. И знаете, произнося два «последних» слова с интервалом в два часа, действительно чувствуешь себя неловко, особенно когда все твои слушатели — это сотрудники конвоя, а люди, пришедшие поддержать, толпятся за закрытыми дверями и спинами приставов. Оба заседания решили закрыть, чтобы никто не услышал, о чем я буду говорить. А говорил я о том, как посмотрел на выходных телевизор.

Да, страшно признаться, смотрел «Соловьев Live». Раньше на этих частотах вещал Euronews, а потом что-то случилось, и теперь даже в тюрьме можно круглосуточно слушать соловьиные трели. Я послушал минут 20, на большее меня не хватило, но уловил два очень интересных тезиса. Процитирую, возможно, не дословно, но близко к источнику.

«Война есть война», — говорит гость программы, — «и неважно, как она называется: спецоперация ли, контртеррористическая операция или как-либо еще».

«Людям надо говорить правду. Нельзя всегда твердить, что все хорошо, так не бывает. Хватит врать! Нам необходимо нормальное информационное сопровождение спецоперации, а не брифинги генерала Конашенкова».

Эти крамольные мысли прозвучали в студии Соловьева, и что-то я не слышал, чтобы СК начал проверку или возбудил на него уголовное дело. А на меня возбудил; формально — ровно за эти мысли: за то, что я называю войну войной и говорю правду о ней, не принимая во внимание фантазии Конашенкова. Но на самом деле, конечно, дело возбуждено не за это, а за мое отношение к войне и тем, кто ее развязал, за политические взгляды, за мыслепреступление. И я был бы рад быть одним таким, но подобных дел в России сотни.

Вот вам совсем свежий пример. Как вы уже поняли, в СИЗО я имею возможность наслаждаться отечественной пропагандой. В эфире федеральных каналов ежедневно, с утра до ночи, звучат полные злобы, презрения и ненависти призывы бомбить города, убивать людей, уничтожать инфраструктуру. Но ни одного уголовного дела о разжигании ненависти либо вражды возбуждено не было. Зато такое дело было возбужденно против нескольких поэтов, читавших антивоенные стихи на площади. Одного из них — Артема Камардина — при задержании жестоко избили, надругались и снимали происходящие зверства на камеру.

Еще одно свежее дело подобного рода было возбуждено против Владимира Кара-Мурзы. Ему грозит до 25 лет лишения свободы за то, что он озвучил три общеизвестных тезиса: в России фальсифицируют выборы, в России есть политзаключенные, а с начала марта в России де-факто введена военная цензура. Про выборы я сейчас говорить не буду — это к делу не относится, да и 99% говорят сами за себя. Что же касается военной цензуры и политзаключенных — все мы являем собой живую демонстрацию этих двух печальных феноменов.

Я оказался в тюрьме из-за нарушения военной цензуры и был признан политзаключенным правозащитным центром «Мемориал» в соответствии с международными критериями. На прошлой неделе «Мемориал» получил Нобелевскую премию. Тот факт, что номинант из России второй год подряд становится лауреатом премии Мира, говорит за себя. Тяжелые времена рождают героев. Очень надеюсь, что скоро эти времена пройдут.

Россия будет свободной.