Два месяца. За этот период произошло то, чего мы так не хотели допустить, хотя с самого начала понимали, что это неизбежно. Война не изменилась. War never changes. Изменились мы.

Бомбёжки Харькова и Николаева. Резня в пригородах Киева. Взрыв вокзала с беженцами в Краматорске. Уничтожение Мариуполя. Мы стали невольными свидетелями чудовищных событий, растянувшихся во времени. Мы ужасались каждому из них, с каждым разом всё сильнее уставая ужасаться. К концу второго месяца, — для кого-то чуть раньше, а для кого-то позже, — война стала новой реальностью.

«Ко всему-то подлец-человек привыкает!» — писал Достоевский. Шок от каждой из бесчисленных трагедий сменился фоновым чувством апатии и нервозности, присутствующим постоянно. Но не надо винить себя в этом: жизнь продолжается, и с ней надо как-то справляться, даже если мир, который мы знали и любили, рушится на наших глазах. Главное — адаптируясь к новой реальности, помнить, что она не нормальна; сохранить свои ценности и нравственные ориентиры, продолжать называть вещи своими именами.

Нет войне.