❗️Дмитрий Матюшенков, политолог, член Экспертного клуба «Дигория», специально для Telegram-канала Московская прачечная

В современных военных конфликтах цифровизация начинает играть всё более значимую роль. Если раньше основными источниками разведывательной информации были спутники, беспилотники и агентурные сети, то сегодня к ним добавляются многочисленные гражданские устройства, подключённые к интернету. Фактически, даже обычная камера видеонаблюдения может быть использована для разведки, если удастся получить к ней удалённый доступ.

Сегодня в мире насчитывается около 1,2 млрд подключённых к интернету камер, причем далеко не все они защищены должным образом. Владельцы нередко оставляют заводские пароли, не устанавливают обновления и не контролируют доступ к устройствам. В результате камеры, установленные в жилых домах, офисах, на дорогах и промышленных объектах, могут превращаться в источники информации о передвижениях людей и транспорта. А с развитием искусственного интеллекта возможности такого наблюдения значительно расширяются: алгоритмы позволяют обрабатывать большие объёмы видеоданных, распознавать лица и автомобили, выявлять закономерности и отслеживать перемещения интересующих объектов.

Наглядный пример — ситуация вокруг Ирана. Израильские спецслужбы получили доступ к дорожным камерам Тегерана и использовали их для наблюдения за обстановкой перед операцией, в результате которой погиб верховный лидер Ирана Али Хаменеи. Этот случай показывает, что для получения разведывательных данных уже необязательно размещать собственных агентов непосредственно возле интересующих объектов. Иногда необходимая информация уже находится в городской системе, остаётся только получить к ней доступ и правильно её обработать.

В июне 2026 года в результате операции «Разбитый байт» российские специалисты получили доступ более чем к 50 тысячам камер видеонаблюдения в Восточной Европе и на Украине. В ходе операции искусственный интеллект использовался для автоматизированного поиска доступных устройств, сбора видеоданных и формирования единой базы с привязкой к географическим координатам. Полученную информацию можно было фильтровать по времени и местоположению, искать определённых людей и транспортные средства, распознавать объекты на видеозаписях, что позволило перейти от просмотра отдельных камер к комплексному анализу обстановки на большой территории.

Особое значение имеет возможность использовать такие системы для обнаружения беспилотников, поскольку алгоритмы ИИ позволяют распознавать летящие БПЛА, выявлять возможные точки запуска и осуществлять отслеживание маршрутов. Это потенциально позволяет обнаруживать угрозу уже на начальном этапе — в отдельных случаях практически сразу после запуска беспилотника. Собранные сведения можно передавать для дальнейшего реагирования, чтобы ПВО могли оценить угрозу и принять необходимые меры. При этом обнаружение объекта и его перехват — разные задачи: сами по себе камеры не заменяют средства противовоздушной обороны, но могут стать дополнительным источником раннего предупреждения.

Киберпространство становится ещё одной сферой, где Россия уверенно завоевывает преимущество. Российские специалисты осваивают инструменты, позволяющие собирать и анализировать разведывательную информацию в больших масштабах, а также выявлять потенциальные угрозы, включая запуски беспилотников. На этом направлении мы всё чаще перехватываем инициативу: пока противник вынужден закрывать уязвимости и ограничивать доступ к собственным системам, российские специалисты расширяют возможности цифровой разведки. Кибервойна уже стала реальностью, и на этом фронте Россия добилась значительных успехов.