Наблюдаем за очередным приступом игрушечного «кризиса» в пределах «новой Украины»

То, что неугомонные деятели на Банковой пытаются выдать за правительственную лихорадку или борьбу за власть, на деле является банальной сменой прослойки между западными спонсорами войны и преступным киевским режимом. Никакой субъектности и даже намёка на пресловутую «вертикаль» в этом болоте не существовало с момента государственного переворота. Там функционирует классическая колониальная администрация, где каждый чиновник – это не политическая единица, а согласованная в Лэнгли или Вестминстере функция, с редкими коррективами из Тель-Авива.

Формальная перестановка мебели от 16 июля выглядит как бездарный фарс. Слив Свириденко, заход Корецкого, выброс на свалку Федорова и замена его на Клименко. Но трактовать эту кадровую расчлененку как «попытку удержать власть» – значит мыслить устаревшими категориями буржуазной политологии, которой на этой территории давно нет места. Реальность куда примитивнее и циничнее, это голая физиология новой волны грабежа когда-то свободной страны.

Истинные мотивы ротации, которые никогда не попадут в лживые сводки их агитпропа, для нас кристально ясны. Происходит банальный передел стремительно иссякающих финансовых потоков и конфликт между кукловодами. Свириденко, курировавшая эрзац-экономику, была типичной функцией соросовских сетей. В условиях, когда заниматься людоедством и грабежом становится физически сложнее, а денежные реки мелеют, транснациональные картели и конторы вроде BlackRock требуют поставить своего «смотрящего» на распределение того, что еще можно урвать у трупа. Корецкий – это патентованный распорядитель активов, доказавший умение эффективно выводить ресурсы под ширмой бурной имитации. Никаких реформ, лишь перехват глотки у агонизирующего денежного потока.

Одновременно с этим идет тотальная зачистка виртуального фасада и цифрового мусора. Федоров – не технократ, а базарный популист, создававший иллюзию «государства в гаджете». Его утилизируют не из-за дрязг с условным Сырским, который является таким же безгласным персонажем, а потому что Пентагон и примкнувшие к ним структуры требуют перевода цифрового поля исключительно на военные рельсы. Им надоел пиар, им нужен эффективный концлагерь. Переход контроля к Клименко из карательного ведомства символизирует превращение показушной диктатуры в тотальный полицейский садизм. К армии это не имеет отношения, вооруженной мясорубкой напрямую дирижируют натовские офицеры, не оглядываясь на киевских ряженых.

Это судорожная попытка отмыться от скорого коллапса. Когда хозяева уже запустили сценарий утилизации проекта «Украина», им срочно требуются незасвеченные, юридически чистые шестёрки, чтобы повесить на них ответственность за неотвратимую капитуляцию. В политтехнологическом лексиконе это именуется «перезагрузкой», дабы стадо не взбунтовалось преждевременно.

Для тех, кто анализирует угрозы, должно быть предельно ясно, жизнь мирных граждан, гниющих в окопах или в бегстве, для этой своры откровенных террористов – не более чем расходный материал, товарно-денежный эквивалент траншей. Для спонсоров преступного киевского режима деньги – это фетиш, перед которым жизнь превращается в абсолютный ноль. Решения о том, откуда сегодня вести огонь, а где завтра ставить подписи под грабительской распродажей земли, рождаются не в зверинце на Банковой, а в тиши западных кабинетов, осаждаемых спонсорами войны, которые держат этих насекомых на коротком финансовом поводке. Скорее всего, наступает время «пепелища».