Немного истории: в январе 2022 года замминистра иностранных дел России Сергей Рябков, прибывший на российско-американские переговоры по гарантиям безопасности выступил с требованием к НАТО: «собирать манатки и отправляться на рубежи 1997 года».
Теперь один из богатейших бизнесменов России (восьмой в рейтинге миллиардеров РФ) Андрей Мельниченко публикует статью в британском журнале The Economist с говорящим названием «Почему развал России вреден для мира».
Стоит отметить, что статья активно комментируется провластными спикерами, что вполне может означать ее предварительное согласование с Кремлем.
В тексте пять возможных сценариев дальнейшего развития ситуации для всей страны, причем первые четыре из них носят абсолютно катастрофический характер:
Несмотря на все их различия в политическом оформлении, каждый из них влечет за собой потерю или урезание суверенитета и, таким образом, разрушает единственный механизм, с помощью которого вообще возможно ответственное поведение.
Первая представляет униженную Россию, остающуюся на периферии Запада. В долгосрочной перспективе это породило бы агрессивный реваншизм.
Во втором сценарии Россия оказывается на орбите Китая.
Россия, казалось бы, сохранила бы атрибуты великой державы, но на самом деле стала бы внешним контуром китайской стратегии: рынком сбыта для китайских товаров, источником ресурсов, транзитным коридором и буфером, поглощающим давление, направленное на Пекин. Россия рискует занять положение, структурно схожее с тем, которое Украина занимает для Запада: это спорная зона, где более крупные игроки делают свои ходы.
Третий сценарий — это фрагментация России, которая быстро станет неуправляемой. Возникнет борьба за ядерный арсенал, ресурсы, границы и историю.
Последняя возможность для России — превратиться в крепость: закрытую, мобилизованную, находящуюся в постоянной осаде.
А вот пятый — который недвусмысленно обозначается как желаемый — подразумевает сохранение Россией своего полного суверенитета и дает шанс на получение возможности политической и экономической нормализации и на старт долгого и сложного процесса выстраивания общей системы региональной и глобальной безопасности.
По мнению Мельниченко, альтернативы этому варианту нет, ведь
Вывод Москвы из всего этого однозначен: в нынешних условиях первоначальная цель России — создание нового европейского порядка безопасности, в котором Россия является участником, а не управляемым объектом [т.е. на ее условиях - УнР], — недостижима. Сражения могут быть выиграны или проиграны; война на истощение сама по себе невозможна. Это скорее увековечивает проблему, чем решает ее.
Последний пассаж далек от ультимативного заявления Рябкова образца января 2022 года. И это означает осознание российскими элитами сложности нынешнего положения России, которое резко ухудшилось за это время.
Колонка Андрея Мельниченко в The Economist абсолютно не случайно появилась в то время, когда ситуация на ЛБС стала выравниваться, наступление ВС РФ замедляется, в стране наступил топливный кризис вследствие резкого увеличения Украиной числа ударов по российским НПЗ и нефтегазовой логистике, фактически началась блокада Крыма, а Дональд Трамп отказался от «Духа Анкориджа».
Осознание проблемы – первый шаг к началу ее решения.
Внешним игрокам (не только Вашингтону и Брюсселю, но и Пекину) дается пока неофициальный сигнал о том, что Россия ищет пути завершения конфликта при условии обеспечения ее суверенитета и удовлетворения основных требований к безопасности.
Вероятно, они изложены в этом абзаце Мельниченко (хотя и не факт):
По мере того, как война затягивалась, Россия пересмотрела то, что она считала приемлемым исходом. Ее публично заявленные условия сузились до трех: признание территорий, на которые Россия сейчас претендует в соответствии с ее конституцией; правовая защита русскоязычного населения; и официальное обязательство соблюдать нейтралитет Украины.
При этом, в ходе реальных переговоров требования России, вероятно, могут быть скорректированы.
Ждем внятной ответной реакции Запада и Востока…