Я красавиц таких, лебедей
С белизною такою молочной,
Не встречал никогда и нигде,
Ни в заморской стране, ни в восточной.

Но еще ни одна не была
Во дворце моем пышном, в Лагоре:
Умирают в пути, и тела
Я бросаю в Каспийское море.

- Гумилёв.

Персия символизировала для Гумилева некий идеальный мир, соединивший в себе искусство и религию. Увы, ему так и не удалось совершить путешествие в Персию, хотя в 1917 г., находясь в Париже, поэт просил отправить его на Месопотамский фронт, но этому было не суждено сбыться.
Интересно, что он бы подумал увидев яркие, горящие глаза в которых отражается вечерний свет шафранного края?

-Морфей

Фотосессия поэтического объединения «Шираз»