🌟🌟🌟
🌟🌟🌟 do you blame yourself?
часы пробивают полночь, и Нил вздрагивает от звука. вокруг него лишь голодная тьма, тянется из каждого угла гостиной, где его оставили остальные. он не позволяет себе заснуть, прикрыть глаза и насладиться долгожданным отдыхом. Джостен уже поспал.
и этот сон был не из приятных.
в этом сне Мэри возникает прямо перед ним. совсем тощая фигура, волосы, что повидали не одну покраску и глаза, в которых не осталось ни единого признака жизни. только холод. её костлявые пальцы сжимают его подбородок, до боли, до покраснения. тянут на себя, чтобы не смел отвезти взгляда от лица мертвеца. как и тогда.
бледные губы шепчут лишь одно:
– что ты сделал? что ты наделал, Абрам?
Джостен знал, что конкретно он сделал – выжил. как и всегда. как и все годы до этого. но Мэри всегда являлась голосом совести в его голове. в реальности, Хэтфорд избавилась бы от любого, кто посмел стоять у неё на пути. так было всегда.
что ты наделал, Абрам?
проигнорировал все её наставления. позволил себе вольность, проявил глупое упрямство, решил дать своему голосу вылезти наружу. забыл, что у каждого действия есть последствия. забыл.
и теперь Сет Гордон был мертв.
кто угодно мог поверить в то, что это передозировка, но не он, не Элисон, не большинство лисов, что хоть каплю знали этого парня. для всех это было очередное дело о веществах, о чужой глупости, но не для Нила. это его личное напоминание о том, что не нужно было вылезать из своего укрытия.
Джостен должен был принять во внимание все разговоры о воронах, придать большее значение страху Кевина перед Рико. он должен был сложить все кусочки пазла, а не закинуть их под свою кровать в общежитии. у каждого из лисов есть будущее, у него – нет.
Сет Гордон не был его другом, он не вызывал в нём симпатии, но в спокойные дни он позволял сесть рядом с собой и посмотреть фильм. в спокойные дни он, хоть и без удовольствия, передавал ему мяч во время тренировок. в конце концов, именно Сет в начале их знакомства пытался оградить его от Кевина, что врывался к ним в общежитие ради ночной тренировки. это были мелочи, но именно из них в голове Нила складывался образ Гордона. колючего, озлобленного, но всё же живого парня, что по праву считался лисом.
Нил не был святым, они с Мэри совершили множество непростительных вещей. жизни других людей для них не имели значения, но это всегда были люди отца. те, кого не жалко было сбросить с капота машины. но Сет не был прислугой его отца, он был обычным студентом, чья жизнь оборвалась только потому, что Нил решил, что ему нечего терять. он забыл о том, что всегда найдется способ, чтобы вывести механизм из строя. Рико знал, куда надавить, как сделать побольнее. Гордона не любили, но он всё ещё был частью команды, он по-прежнему был парнем Элисон, был другом Мэтта.
просто был человеком, которому Ваймак дал второй шанс. и которого Джостен его лишил. ключ в кармане обжигает его ладонь, но эти чувства ничтожны.
Нил смотрит в один из углов гостиной и ему кажется, что оттуда, из самой глубины на него смотрит мёртвое лицо Сета Гордона. такое же бледное, как и у Мэри в его кошмаре. ужас смешивается с новым чувством – виной. оно опускается в его желудок и сжимает все внутренности. всё это полностью его вина. руки мертвеца тянутся к нему, и Нил изо всех сил закрывает глаза, до темных пятен перед ними. чужие холодные касания ощущаются на лице. большие ладони обхватывают его голову, и Джостен повторяет про себя, что это всё его помешательство. Сет мёртв, а его тело в морге.
повторяет и повторяет, но могильный холод по-прежнему окутывает его тело, чужие руки сжимают лицо, вынуждая распахнуть глаза. и это хуже, чем было во сне. но у Нила нет сил кричать. только ужас и смирение, пока голос мёртвого Сета говорит ему то, что он итак прекрасно знает сам:
– Нил, хватит делать вид, что тебе не всё равно. Ты и сам знаешь, что бросишь любого из них под колёса поезда, если это будет означать, что ты выживешь. Это ведь то, чему ты учился все эти годы, не так ли? Не строй из себя святого.
Нил глотает горечь и кивает, не в силах отрицать отвратительную правду.
