Одним из весьма громких скандалов последних недель в США является дело Линдси Клэнси - молодой девушки из Массачусетса, которая в 2023 году убила троих своих детей, а затем пыталась покончить с собой. Девушка выжила, но осталась парализованной, и в таком виде предстала перед судом по обвинению в предумышленном убийстве.
Защита женщины утверждала, что Клэнси не может быть осуждена, так как совершила убийство, находясь в невменяемом состоянии. Клэнси действительно много лет наблюдалась у психиатров по поводу послеродового психоза, получила свыше 30 назначений различных психиатрических препаратов, но не испытала облегчения. Высказывались даже мнение, что неправильная тактика лечения могла усугубить состояние Клэнси — что, в конечном итоге, и привело к трагедии.
История грустная, но в юридической практике нередкая: люди, страдающие психическими заболеваниями, не освобождаются от ответственности автоматом. И главное тут — не наличие диагноза как такового, а ответ на вопрос — мог ли диагноз помешать человеку понимать, что он вообще делает.
Обычно на этот вопрос отвечают эксперты-психиатры, однако проблема в том, что дать однозначный ответ на него проблематично. Например, адвокаты и прокуроры любят задавать вопросы типа "А можно ли исключить вероятность того, что...", и обычно честный эксперт вынужден отвечать на такие вопросы: "Нет, нельзя", причём в обоих смыслах.
В результате бремя принятия решения возлагается на суд присяжных, которые и должны решить судьбу обвиняемого.
Однако спокойно разобраться в деле и принять взвешенное решение присяжным не дали: в дело вписались феминистки — в лице, к примеру, наиболее влиятельной в США феминистской организации National Organization for Women. Там сочли дело Клэнси удачным поводом показать, как жесток мужской мир к несчастным женщинам: мол,
Кинув в толпу лозунг "Верьте женщинам", феминистки стали требовать оправдания Клэнси, устраивали акции протеста под зданием суда и так далее.
И это сработало: если изначально голоса присяжных были разделены примерно поровну, то к моменту оглашения вердикта 11 из 12 присяжных выступили за оправдание Клэнси.
Против оставался лишь один из них — некто Майкл Десронвиль, который отказался признавать Клэнси невиновной. Этого оказалось достаточно: суд присяжных выносит решение единогласно, и судья вынужден был констатировать, что слушания по делу Клэнси завершились без результата.
Это вызвало взрыв негодования в феминистской среде, в особенности с учётом того, что Десронвиль — мужчина. Хорошо ещё хоть, что чёрный, белого, надо думать, вообще с говном сожрали бы.
Десронвиль получил целый шквал угроз, из-за чего даже вынужден был обратиться за защитой в полицию. А адвокат Клэнси пытается инициировать уголовное преследование Десронвиля: он якобы предоставил неверные сведения в анкете, а также пользовался телефоном, находясь в совещательной комнате, что строго запрещено.
После оглашения вердикта Десронвиль вынужден был даже временно уйти с работы и скрываться от недружелюбного внимания.
Интересно, что даже некоторые вменяемые феминистки, вроде писательницы Наоми Вульф или движения Coalition to End Domestic Violence — выступили против травли Десронвиля: в целом поддерживая Клэнси, они утверждают, что травить присяжного за то, что он вынес то или иное решение — как бы не алё, ведь это угрожает дееспособности самого института присяжных.
Но радфемкам пофигу на "институты патриархата" вроде суда присяжных, и травля Десронвился продолжается.
А будущая судьба Клэнси — под вопросом. Пока она остаётся в государственной психиатрической больнице и, видимо, пробудет там до тех пор, пока власти решат, что с ней делать дальше.
Варианты — новое слушание с новым составом присяжных, ну или прекращение уголовного преследования🤷♀️