🛋️ Когда в 2022 году IKEA закрыла магазины в России, рынок лишился почти половины доступной и качественной мебели — образовалась дыра, которую нечем было закрыть в одночасье. Но у любой дыры есть обратная сторона: освободившееся место — это шанс, и у российских производителей появилась возможность, которой раньше просто не было: делать мебель для своего же рынка без оглядки на IKEA. Вопрос в том, использовали ли они этот шанс. Отчасти да: производство выросло, доля импорта сократилась. Но параллельно упали объемы в штуках. Больше трети россиян в конце 2023 года говорили: прежнего выбора им не хватает.

Мы решили спросить не бизнес-аналитиков, а тех, кто своими руками делает мебель в этой новой реальности: можно ли сегодня в России сделать по-настоящему хорошую мебель, и если да — то как? Читайте в интервью с Петром Сафиуллиным и Светланой Липкиной.

⚡️Светлана Липкина — промышленный дизайнер, стратег и аналитик, выпускница Строгановского университета, автор канала о культуре и бизнесе «Дизайн и ремесло», куратор Дальневосточной школы предметного дизайна, соавтор конкурса-биеннале «Придумано и сделано в России».
⚡️Петр Сафиуллин — потомственный архитектор, основатель казанского мебельного бренда и архитектурного бюро Yaratam Design, производство которого расположено в Волжске под Казанью. В 2018 году представил бренд на Maison & Objet в Париже, побеждал в конкурсе «Придумано и сделано в России». Вместе с Липкиной запустил дизайн-лабораторию — консалтинговый проект, цель которого выстроить честный диалог между дизайнером и производством.

📰 Монокль в MAX | Подписаться