Алкоголя на этих вечеринках было так много, что иногда подростки получали алкогольное отравление и не могли ходить в школу по несколько дней. Ким не был в их числе. Он не любил напиваться или терять рассудок, хотя ему правда нравился вкус пива. Он привык запоминать каждую мелочь и каждое мгновение. Именно поэтому он в деталях запомнил свой первый раз с девушкой. Это было настолько неловко и отвратительно, ведь она была сильно пьяна и напоминала ему мать. Киму стало так мерзко, что он пошел и впервые напился в хлам, а потом проснулся уже с другой девушкой. Сынмо не особо помнил, что произошло, но второй раз ему понравился больше. Придя домой после той ночи, Сынмин упал рядом с маминым диваном и осознал, что от него пахнет перегаром, а сам он ведет себя сейчас как мерзкая свинья, наподобие его мамочки. Он встал и, еле держась на ватных ногах, пошел в свою комнату, чтобы выполнить чужое домашнее задание, за которое ему обещали пять долларов. Пьяным почерком он закончил последнюю задачу по математике и вырубился прямо за столом. С тех пор он больше не пил, отдав предпочтение обычным газировкам.
❎Ему было пятнадцать. Ким помнит, как вчера, что в этот день он особенно устал, ведь мамаша начала буянить. Хотела вновь избить своего выродка, потому что тот был слишком похож на отца. Сынмин тогда настолько разозлился, что впервые ударил ее в ответ. Он успел перерасти маму за несколько лет, а также недавно начал ходить в баскетбольный кружок, где слегка подтянулся. Теперь он смотрел на нее сверху вниз, но, испугавшись своей злости, все равно сбежал в пацанскую берлогу к Минхо, где на кровати уже удобно расположился Хенджин. Ему должно было плевать, ведь она была так одурманена алкоголем, что даже не заметила его легкого толчка, но ему было стыдно. Хо принес отцовскую травку. Сынмин прекрасно знал, что это такое, и читал статьи, помнил статистику, мог назвать все побочные эффекты и долгосрочные последствия. В его голове уже выстроилась четкая логическая цепочка. Легкий кайф сейчас, потом снижение успеваемости и никакого будущего, а это значит, что он навсегда останется в этой вонючей квартире с матерью-алкашкой. Он видел этот путь так ясно, как видел решение задачи по физике. И он знал, что идти по нему – чистый идиотизм. Но он не отказался и лишь пожал плечами, потому что был уверен, что не подсядет. Они затянулись втроем по очереди, параллельно играя в приставку, прокашлялись, затянулись снова и рассмеялись. Сынмо впервые за несколько лет почувствовал, что голова перестала болеть. Он не думал о матери, о пустых бутылках и долгах. Плечи расслабились, голова стала пустой и легкой, а все мысли, вся тревога, весь этот пиздец – исчез. Но потом эффект проходит, тревога возвращается и ты куришь снова, потому что только так можно заткнуть бошку. Так он и подсел, а раскуривание травки стало частой традицией в их узком кругу. Сынмин продолжал ходить в школу, продолжал быть отличником, продолжал решать задачи и щелкать контрольные, поэтому и продолжал курить дурь. «Все ведь под контролем», – думал он.
❎К шестнадцати годам до него дошло, что на этом можно делать деньги. Он даже составил в голове таблицу расходов и доходов, как будто это был школьный проект по экономике. В его голове было как минимум три сценария, как их спалят, два сценария, как их кинут, и один, как они сядут. Но он отодвинул эти мысли как можно дальше, потому что если думать о финале, то невозможно сделать первый шаг. Хенджи и Минхо согласились сразу, даже не дослушав его идею до конца. Эти двое почему-то безоговорочно верили, что все, что он говорит – это сущая правда и истина, ведь он был отличником. . Для них это был кайф, адреналин и игра, а Сынмину нужны были реальные деньги, чтобы заплатить за коммуналку. Так они начали продавать своим же одноклассникам и знакомым на тусовках. Минхо тащил им разные наркотики, название которых они иногда даже не знали, за деньги своего богатого папаши. Хенджин занимался тем, что отдавал товар и забирал деньги.