• приступим к главному блюду?


ㅤㅤㅤОсаму не сразу осознаёт, что он собственноручно загнал себя в свою персональную мышеловку, согласившись отужинать с Достоевским этим вечером.

ㅤㅤㅤатмосфера изначально едва ли напоминала привычную, ту, в коей они по своему обыкновению разделяли тишину. кружевная скатерть сменилась багряным лоскутом, из неоткуда возникли старинные канделябры, которые было решено убрать на верхний ящик платяного шкафа за ненадобностью, а блюда с тех, что буднично располагались в их импровизированной столовой - по сути ныне кухне - уступили парадным – их доставали лишь по особым случаям, вызывая у обоих покалывающее ощущение ностальгии в груди.

ㅤㅤㅤ— неужели я забыл об очередном празднестве? — елейно тянет Дазай, перехватывая фужер кончиками пальцев, — и что же у нас сегодня? поднимем бокалы за Всемирный потоп? почтим память того бедняги, распятого на Голгофе? или же вернём свой взор к взятию Бастилии? припадём к яствам « за » Биржевой крах тысяча девятьсот двадцать девятого? и к слову о блюдах.

ㅤㅤㅤОсаму показательно хмурится, демонстративно пробегаясь взглядом по всей комнате, объятой закатным пламенем, прежде чем обратить свой взор к Достоевскому, что всё так же безмолвствовал, сейчас чрезвычайно явственно напоминая собой безликую тень. воплощение тьмы. греховности.

ㅤㅤㅤ— решил приготовить нечто особенное?

ㅤㅤㅤв полумраке комнаты мелькает хищный оскал: Фёдор тихо усмехается, поступательными движениями надвигаясь на своего «спутника».

ㅤㅤㅤ— возможно, сегодня я внёс в меню некоторые корректировки.

ㅤㅤㅤна мгновение Дазай замирает, пристально всматриваясь в выражение чужого лица. заискивающий взгляд скользит по острому лицу, мажет по тонким губам и наконец цепляется за тёмные очи. кажется, словно фиолетовый перелив полностью уступил беспроводной тьме. Осаму невольно делает пару шагов назад, чем Достоевский охотно пользуется: брюнет и сам не замечает, как демон едва ли не припечатывает его к столу. тонкие запястья тут же окольцовывают сильные пальцы, мертвенная хватка не даёт ни вырваться, ни извернуться. приходится прижаться спиной к гладкой поверхности, театрально вскинув брови.

ㅤㅤㅤ— изволил наконец-то от меня избавиться? — искусно изображая удивление, тянет Дазай, на пробу дёргая руками, — брось, тебе будет ве-есьма скучно без моей компании.

ㅤㅤㅤ— о нет, — шепчет Достоевский, склоняясь над чужой шеей, — ты слишком долго бегал от меня, Осаму. сегодня я наслажусь тобой сполна.

ㅤㅤㅤбессмертный отводит взгляд в сторону и Фёдор не может сдержать кривоватой улыбки, когда подмечает недоумение, окрасившее чужое лицо. демон ведет языком по истерзанной шрамами коже, царапает ту острыми зубами, цепляет бинты, оттягивает, вынуждая Дазая зажмуриться и шумно выдохнуть.

ㅤㅤㅤ— сожрёшь же, — слетает с губ Осаму, прежде чем последующее слово тонет в приглушённом стоне, — Дьявол...

ㅤㅤㅤ— демоны охотчивы только до душ, так что ты можешь не переживать, — яркие укусы клеймят чужие ключицы и Дазай вновь дёргается, силясь не вскрикнуть, когда Достоевский вонзает клыки особенно глубоко.

ㅤㅤ       ㅤ— блядство, Фёдор, полегче!

ㅤㅤㅤДемон посмеивается. оставляет удивительно ласковый поцелуй поверх кровоточащих ран.

ㅤㅤㅤ— прекрасный, — молвит Достоевский, сцеловывая багряные капли с подрагивающих плеч, — мой.

#дазай #достоевский #fyozai #персонынонграта