Генетическая природа связи депрессии и ожирения

Двусторонняя связь между депрессией и ожирение показана во множестве клинических и экспериментальных исследований. Причем связь эта двусторонняя - при депрессии риск ожирения растет на 58%, у людей с ожирением риск депрессии выше на 55%, а с диабетом и вовсе вдвое [1]. В основе этой связи лежит множество общих патофизиологических механизмов ожирения и депрессии, пожалуй самый важный из них - процессы воспаления в мозге и периферических тканях [2]. Однако некоторый вклад в нее похоже вносят общие факторы наследственной предрасположенности к двум расстройствам. Вклад наследственности в развитие депрессии близнецовые исследования оценивают в 37%, а генов, так или иначе вносящих этот вклад найдено уже 102 (правда механизмы этой связи в подавляющем большинстве случаев неизвестны) [3]. Вклад генотипа в ожирение около 50%, но обнаруженные 97 генов пока объясняют лишь 2.7% вариабельности индекса массы тела (ИМТ) [4]. И вот на пересечении этих двух сотен генов обнаружился общий ген, связанный с обоими нарушениями - FTO (fat mass- and obesity-associated gene). Его участие в ожирении путем регуляции энергетического обмена и чувства голода показано достаточно убедительно во многих исследованиях, а вот роль в депрессии пока довольно туманна. Мета-анализ 13 тысяч испытуемых показал, что наличие определенного аллельного варианта гена FTO у пациентов с депрессией сопровождается более высоким (правда всего на 2%) ИМТ, то есть депрессия усиливает связь между геном FTO и риском ожирения [5]. Биологическая роль гена FTO пока изучена довольно слабо, кодирует он альфакетоглутарат-зависимую оксигеназу - фермент, регулирующий метилирование ДНК, то есть интенсивность ее считывания и синтеза определенных белков [6]. Его активность особенно высока в нейронах гипоталамуса, связанных с регуляцией аппетита и обмена веществ, что очевидным образом связывает данный ген с ожирением. Тут стоит вспомнить, что далеко не всегда депрессия сопровождается набором массы тела, это встречается только при атипичной депрессии (25-30% случаев), в то время как при меланхолической депрессии (15-30% случаев) наблюдается напротив снижение аппетита и массы тела [7]. Вероятно, с этим связано противоречие - в исследовании целой когорты депрессивных пациентов была странным образом обнаружена негативная корреляция гена FTO (риск ожирения!) с депрессией [8], а вот при разделении депрессии на подтипы логика восторжествовала - ген оказался связан не только с ожирением, но и с атипичной депрессией [9]. Это еще более подчеркивает различия в патогенетических механизмах разных типов депрессии и необходимость их дифференциальной диагностики для успешного лечения и проведения клинических исследований. Если вернуться на один шаг назад, то стоит вспомнить, что гипоталамус - ключевая структура не только в регуляции аппетита и патогенеза ожирения, его гормональная функция - важнейшее звено патогенеза депрессии, а именно там в первую очередь нарушается работа гена FTO. Понимание его роли в наследственной предрасположенности к ожирению и депрессии поможет нам на шаг приблизиться к пониманию механизмов, разделяющих меланхолический и атипичный тип депрессии. А этот вопрос чрезвычайно важен для более успешного лечения депрессии, ведь имеющиеся антидепрессанты до сих пор не помогают примерно 40% пациентов.

Источник - недавний обзор The role of the FTO gene in the relationship between depression and obesity. A systematic review

#Депрессия #Питание #Метаболизм #Воспаление #Генетика