НЕНАДЕЖНЫЕ РАССКАЗЧИКИ, ИЛИ ИСТОРИЯ ОДНИХ ОЧЕНЬ ГРУСТНЫХ ПОХОРОН (снова #Редактируем_Лохматых_Собачек)

Однажды кто-то рассказал миру чудовищную историю о том, как хоронили Моцарта: «по третьему разряду», то есть очень бедно и едва ли не без гроба, в огромной спешке, так как всем, включая гадину-жену, было наплевать, в общей могиле (так как читайте выше), да еще в ужасную непогоду, отогнавшую от скорбной процессии немногих неравнодушных. И выросла история красивой и драматичной, и расползлась по популярной прозе и кинематографу, и даже в отдельные вроде как претендующие на историчность пособия просочилась.

Потом люди, чуть более скептично настроенные, начали исследовать ее и обнаружили много-много нестыковок. Первой стала погода: согласно данным венской обсерватории, в тот день она была прохладная, но более-менее ясная, без катаклизмов. Второй — исторический контекст: небольшая, но неприятная эпидемия, из-за которой хоронили в тот месяц действительно быстро, плюс законы времени, при которых и захоронение без гроба, и отсутствие провожатых, и общие — более того, многоразовые — могилы были скорее нормой, чем оскорблением. Странно вышло. В том числе потому, что достоверных концов у драматичной истории не нашли. Ясно только, что в таком свете похороны выставил кто-то из ближнего, лично сопереживавшего Моцарту круга: то ли эмоции зашкалили и получилось болезненное, искаженное восприятие, то ли понадобилось намеренное вранье для сакрализации покойного, ну и чтоб всем стало стыдно.

С одной стороны, перед нами, казалось бы, типичный исторический миф, а с другой — не менее типичный, пусть и очень гротескный механизм того, как работает в литературе прием ненадежного рассказчика: кто-то, чьими глазами мы видим / в чьей шкуре проживаем тот или иной сюжет, дает нам одну картинку, а потом (или иногда прямо сразу) она оказывается в той или иной мере иной.

О двух сценариях — вскрывается ли правда потом или сразу — мы тоже поговорим, но начнем все же с определения. Итак, надежность рассказчика — один из критериев режима повествования. Ненадежный рассказчик — вариант, при котором персонаж-проводник по тем или иным причинам не дает нам объективную картинку происходящего. Наиболее классическая трактовка термина — герой, который не может в эту объективность. Но я бы добавила сценарий, при котором герой вроде как может, но не хочет. Ведь судим мы по результату: читателя обманывают. Либо только его, либо и других героев за компанию.

Как определить, что наш рассказчик ненадежен? По тем самым несовпадениям. Как определить, насколько? По их масштабу и вектору. Сразу подчеркну: ненадежный рассказчик далеко не всегда искажает все, до чего может дотянуться, порой он вполне объективен ― по крайней мере, в рамках своих ценностей, установок и целей ― но напрочь теряет связь с реальностью, стоит ему соприкоснуться с каким-то конкретным эпизодом своей жизни или, например, чересчур значимым для него человеком.

За примером далеко идти не надо: вспомните, каким божеством мушкетер Атос выглядит в щенячьих, мелкодворянских, восторженных глазах нашего гасконца д’Артаньяна. А потом — сколько объективно Атос пьет, какие у него проблемы с доверием и, разумеется, его попытку повесить собственную жену (хотя я Атоса тоже люблю и у всех этих вещей есть обоснование :3). Бывает, конечно, и полное искажение действительности, но, если вдуматься, встречается оно реже. «Страх и ненависть в Лас-Вегасе» ― примерно такой вариант. Но поскольку мы здесь (надеюсь) все за более-менее здоровый образ жизни, пусть, пожалуйста, этот пример вам не понадобится, хотя технически он интересен.