#скетчи
🔯ㅤㅤㅤㅤ🌟ㅤㅤㅤㅤ✅
в клубе закладывает уши.
нравится на языке перекатывать чужие имена, скалить зубы, находиться опасно близко. дурманяще близко. нравится сталкиваться плечами, задерживаться глазами, пожирать каждый сантиметр тела. нравится чувствовать власть, тонуть в безразборочном шуме, опускаться всё ниже и ниже.
габба мешается с мыслями, из головы вытесняется всё ненужное, чтобы заполнить пустоту битами. в его стакане больше нет текилы — там осталось разбитое стекло и груз вчерашних дней.
шранц переворачивает игру, танцпол плывёт перед глазами, кто-то падает, кто-то кричит, возможно, это она падает, это она кричит. кто-то касается их и кожа липнет, растекается ядовитыми отходами. они одергивают руку и оборачиваются — никого нет. дыхание учащается, он видит, как вздымается собственная грудь. по лбу течёт холодный пот. никого нет.
детроит возвращается, детроит возвращает мир в мышиное колесо, её окликают, пытаются понять, кто перед ними, выбрать нужный подкат, умело закинуть лассо. они улыбаются. им идёт оскал. им идёт красный неоновый свет, им идёт подсветка фиолетовым. им идут укороченные топы и десятисантиметровые каблуки. им идёт держать в руке пустой бокал. им идёт прижиматься к маленькому, хрупкому телу.
даб утаскивает в пучины, промывает кости, перенаправляет кровь. его держит инерция. кто-то хлопает её по плечу. кто-то предлагает вернуться к бару. она отмахивается и сдерживает крик. ком в горле почти взрывается. почти рушит кому-то веселье. почти оглушает беспамятную толпу. почти.
ахмат вспоминает про себя, когда сидит на ступеньках чёрного входа. у неё в руках стакан — откуда только взялся. она отпивает и морщится. он надеялся, что это водка, но это просто вода. ещё и без газа. гадство.
зелёный мусорный бак подозрительно троится. или их всегда здесь три было? ахмат жмурится крепко, виски имитируют перкуссию, бетон уплывает лениво из-под ног. когда он открывает глаза перед ним сидит парень на корточках. ахмат моргает. закрывает снова. открывает. пацан никуда не девается.
— кто ты? — спрашивает ахмат — отказ мозга ближе, чем падающее небо.
пацан достаёт из заднего кармана узких кожаных штанов телефон и начинает что-то быстро печатать. ахмат складывает голову на плечо и думает, что от зелёного тянет блевать.
я рейвен. а ты напилась. гласит надпись на ярком экране. ахмат отводит взгляд от приложения заметок и всматривается в лицо напротив. всё разбегается и смеётся.
— ты немой что ли? — икает ахмат, щурясь.
рейвен — вороньи черты проглядываются неизбежно — фыркает. снова что-то отбивает ногтями по клавиатуре.
это неприлично и грубо. теперь фыркает ахмат.
— ну, я не каждый день вижу пацана молча клацающего по телефону, — объясняют они и откидывают голову. боже, как всё болит.
пацан видимо садится на ту же ступеньку. набирает, набирает, набирает...
а я не каждый день вижу людей ухлестывающих стопку за стопкой. а вот это уже обидно. ахмат смотрит на него угрожающе — один глаз плывёт, второй замыливается — и падает на холодный бетон. проходит несколько тихих минут — сирена скорой помощи, подозрительные крики из соседнего двора, ворох воробьёв сигает с ветки на ветку, собаки играются в жестокой манере, — и рейвен ложится рядом. становится теплее.
— блин, погодь, — ахмат косит глаза в сторону и лицо задорно сползает с черепа, — а ты разве не диджей?
я попросил меня подменить, чтобы поднять тебя с пола. ахмат мычит. яркость начинает раздражать.
— ты стал диджеем потому что немой?
ты стал алкоголиком потому что придурок?— справедливо, — выдыхает ахмат. потный топ приклеивается к ступенькам. липкость за гранью комфорта. он не помнит, как вышел сюда. не помнит, как покинула клуб. честно: не помнит, что там делала. от слова совсем. приятное беспамятство. проблемы завтрашнего тебя.
— боже, почему мир двоится, — вопрошают они, накрывая глаза ладонью. рейвен клокочет. он похож на ворона больше, чем кажется с первого взгляда.
