Ситуация вокруг Ормузского пролива — это важный аспект конфликта между США и Израилем и Ираном.

Иран, понимая свою военную уязвимость, будет использовать этот пролив как мощнейший рычаг экономического давления.

Реакция рынка на перебои в Ормузском проливе была незамедлительной и крайне болезненной.

Сразу после атак на танкеры и остановки судоходства цены на нефть марки Brent подскочили на 13% в начале азиатских торгов, превысив отметку в $82 за баррель, хотя позже рост частично скорректировался. По данным на утро 2 марта, рост составлял около 6%. Однако при длительной блокаде (от нескольких недель до месяцев) цена вполне может достичь $150 за баррель.

Политолог-американист Малек Дудаков считает, что шок от перекрытия пролива способен превзойти эффект нефтяного эмбарго 1970-х годов, что может ввергнуть многие экономики в рецессию.

Значение Ормузского пролива выходит далеко за рамки просто нефтяных цен. Это критический узел мировой энергобезопасности.

Через этот узкий коридор проходит 20% мировой нефти и 20–30% сжиженного природного газа (СПГ). Ежедневно здесь транспортируется около 20 миллионов баррелей нефти, что составляет треть мирового морского экспорта.

Выпадение таких объемов с рынка, особенно в условиях продолжающегося отопительного сезона в Северном полушарии, грозит новым витком энергокризиса. Цены на газ в Европе могут взлететь до $2000 за тысячу кубометров.

Кроме того, страховые компании уже отзывают страховки для судов в регионе или готовятся многократно повысить ставки. Судоходный гигант Maersk приостановил рейсы, перенаправляя суда в обход Африки. Более 150 танкеров встали на якорь, не рискуя заходить в пролив. Даже если пролив формально открыт, фактически он может быть парализован из-за отсутствия желающих рисковать.

Таким образом, Ормузский пролив стал эпицентром, где пересекаются военная стратегия, глобальная экономика и вопрос выживания самого Ирана. Цена на нефть в ближайшие дни и недели будет главным барометром эскалации этого конфликта.

Подписаться