Где-то за рекой - тени домов, покосившиеся в разные стороны хибарки.

На столбе сидит птичий скелет, вытянувшийся по струнке, словно на плацу.

Опоры моста раскачиваются под боевым маршем.

Ни глаз, ни сердец, ни имени. Только сочленения машины, вгрызающиеся в плоть земли.

Вспарывают артерии и вены, вскрывают горло и грудную клетку, перемалывают мясо и грязь в сочащуюся гноем мертвую кашу.

Три, два, один! Пли!