Часть 2

Обе рыбы хищные. У них похожий рацион и среда обитания. В аквариумах луцианы могут даже соперничать с муренами за территорию, если их будет смущать теснота (удивительно, что эти рыбки пиздят мурен, а не наоборот, но вот так вот природа распорядилась: луцианы - рыбки с характером). А еще императорские луцианы живут в симбиозе с морскими ежами в свои ранние годы жизни и прячутся среди иголок от хищников (пока они еще могут там уместиться), а взамен чистят ежа от паразитов.

Нил будет таскаться с морскими ежиками и отгонять от них Эндрю (мурены едят ежиков), потому что он любит этих созданий как домашних питомцев.

Оба русала живут на территории заповедника, но попали туда разными способами: Эндрю спасли зоозащитники, вырвав из лап ученых-психопатов, ставивших на нем бесчеловечные опыты, а о предыстории Нила узнаете позже. Доверие к людям навсегда было утрачено, и в океанариуме или аквапарке с погружениями к русалкам их содержать было небезопасно, потому распорядились направить обоих в охраняемую от браконьеров и туристов зону коралловых рифов.

Эндрю, никогда до этого не знавший жизни на воле, облюбовал затонувший корабль, напоминающий своим видом укрытие (то было лишь имитацией затонувшего корабля) в том аквариуме, в котором он вырос.

Нил, не терпящий живых существ и прудуктов их жизнедеятельности вблизи себя, нашел счастье в уединенном подводном гроте, куда стаскивал всех морских ежей, которых находил поблизости. Игольчатые комочки усеяли расщелины в скалистой поверхности стен таким образом, что вход в пещеру напоминал теперь пасть огромного морского гада.

Нил прославился на весь риф благодаря своему пылкому нраву. Он гонял акул и изводил всех, до кого мог добраться. Лишь один флегматичный групер (гигантский морской окунь) никак не реагировал на его подначки. Однажды Нил даже впечатался лицом в камень, пока наматывал круги вокруг него. От камня лишь откололся кусочек, а вот русал себе бровь рассек. Зато на некоторое время присмирел и оставил несчастного групера в покое.

Эндрю было тяжело адаптироваться к новой жизни, где не кормили по расписанию и не ограничивали в передвижениях. Зато вместе с тем никто больше не пытался залезть ему скальпелем под кожу и изучить строение органов под микроскопом. Живая рыба, плавающая сама по себе, а не идущая на дно мертвым грузом, вводила его в ступор. Крабы бегали по песчаному дну и больно щипались клешнями. Осьминоги протискивались в такие узкие щели корабля, словно не имели плотного тела, а целиком состояли из желеобразной субстанции. Эндрю ворожила и пугала синева бездонной пустоты океана. Он подолгу вглядывался в нее из круглого отверстия иллюминатора, а порой даже плыл ей навстречу за пределами своего корабля, но никогда подолгу не покидал свое укрытие, боясь затеряться в безмолвной бесконечной неизвестности.
#MerMay2026@mintynu