- Мне жаль... Но я ничегошеньки не знаю, - и это было правдой, ведь большую часть своих юных лет он провел в стенах замка, развлекая королевичей и их свиту кривляниями и песнопениями, а Мэри была скупа на подробности о своей жизни в переписке с сыном.

- Но и в ее виновность ты не веришь, - заключил Эндрю, - вопрос в том, можно ли доказать, а не в том, виновна ли она на самом деле. Возможно, это подстроил кто-то более влиятельный, а на нее просто перекинул вину, чтобы выйти сухим из воды. Как она могла единолично убить мать наследника? Еще и во дворце? Это ведь не то же самое, что выкрасть яблоко на рынке.

Эндрю опустился на колени перед слугой, чтобы поймать взгляд Нила своими глазами и пообещать следующее:

- Я найду тех, кто во всем этом на самом деле виновен. И все, кто ушел от наказания путем обвинения безвинных, поплатятся за это десятикратно.

И перед лицом человека, что в глазах Нила представлял собой веру, преданность, человечность и справедливость в самом чистом и непорочном виде, шут сделался еще меньше. Он вжал голову в плечи заранее коря себя за мысли, что уже слетали с его языка:

- А если вдруг... Она все же виновна? - только услышав себя, Нил тут же прикусил язык.

Это мальчишка с улицы мог быть способен на такую дерзость, как забота о благополучии родного, пусть и виновного по всем фронтам человека, а Миньярд - нет. Эндрю являлся едва ли не второй по значимости персоной всего королевства. Жить по соображениям совести - удел свободных, бедных и отчаянных. Не его. 

Мысль ужасает, но даже при абсолютно доказанной вине Мэри Нил будет продолжать стоять на ее стороне. И он осознает это прекрасно: его приоритет - она, а не справедливый суд над убийцей королевы. Он с легкостью меняет в своей голове жизнь своей матери, на жизнь чужой. Даже не смотря на то, что жизнь этой самой “чужой матери” это жизнь королевы. Жизнь столь глобально важная, что способна стать причиной войны. Нил относительно этих масштабов настолько мелок и ничтожен, что вопросы всемирного благополучия никогда его не касались напрямую. Он лишь маленький грызун в огромном лесу. Обычный заяц-буряк. Его - зайца - волнует лишь другой, такой же как он, заяц. Его волнует, что он сегодня съест, удастся ли сбежать от волка и если да - как проведет этот отвоеваный остаток своей неказистой жизни. Но Эндрю позволить себе такую простоту не может. Положение не позволяет распоряжаться властью бездумно и идти на поводу у своих чувств, как это делает придворный шут. В этом дремучем лесу он - волк. И если сейчас он не растерзает охотника - кто-то в лесу будет убит, если он не съест подстреленого зайца, тот все равно умрет, забьется в нору и будет медленно гнить, отравляя трупным ядом лес. 

Судьба решила все за них, и как бы Нилу не хотелось иного, он - заяц, Эндрю - волк. Нил - придворный шут, а Эндрю - член палаты лордов. Очередное подтверждение тому, что Миньярд превосходит его многократно не только по своему статусу. В своих помыслах, воспитании, предназначении. Пропасть между ними чудовищна, как и выбор перед которым судьба поставила Эндрю. Долг или любовь. Пресловутое перепутье, избитое многочисленными сюжетами. 

И их с Нилом сюжет не исключение.

🎪Зарисовка была написана совместно с Фией