– Так-так-так, господин заведующий отделом. А почему ваша сотрудница не на своём рабочем месте? – Но господин директор, а почему, собственно, госпожа Тишина не может быть здесь, в столовой, в свой законный обеденный перерыв?! – Потому что Тишина должна быть в библиотеке!
Говорят, первые две рюмки водки идут тяжело, а третья уже легче. Насчёт водки не знаю, я её не пью.
Но вот сегодня задумался, работает ли это так же с другими мерзопакостями. Например, с войнами. Потому что не знаю как у вас, а у меня первые две войны новейшего времени (да-да, их больше и они вообще плюс-минус всегда, я в курсе) не просто «идут тяжело», а так вытаптывают мозг, что будь я алкоголиком, сейчас бы уже спился до белочек. Возможно, с третьей (мировой?) станет легче или попросту по хуй.
Кстати, а вы задумывались, какой это фантастический в своей абсурдности омонимизм: «мировая война»? А есть и ещё хлеще: «пойти на мировую». Оксюмороны 80 уровня. Не исключено, что Лев наш Толстой и замахнулся на свою нетленную байду, отталкиваясь от этой ассоциации. Хотя такое, разумеется, было бы ближе Хармсу, Кафке, Дюрренматту или Сартру. Но лучше всех, конечно, справились бы с развитием темы Воннегут и Ремарк.
Короче, хоть я и не в несчастной Украине и не в любимом Израиле, но что-то уже не вывожу (кринжовая идиома, да). А ведь ещё буквально вчера в разговоре с близким человеком хорохорился, мол, научился купировать эмоции за эти годы. А утром открываешь ленту, видишь очередной хоррор, и весь хорохор как ветром сдувает.
Конференция по конфиденциальности конфедератов-кафкианцев и конфирмации конфуцианцев-конформистов в Калифорнии. В комфортном кафельном фойе и кафе «Конфорка» – кофе с конфетами и конфитюром, фалафель с кефалью, канитель с канифолью, конфузы конфессий, конфликты скифов и скуфов, софизмы суфистов о суфле, кунфу сфинксов, фокусы с факсами, факты о фруктах, конфискация фугасов, фиксация фикусов и фуксий.
