Seven minuts in haven

Играя с затеей одного из вожатых , именуемой: "семь минут в раю", прибывание пятнадцатилетних подростков в этом лагере опасно сократилось до взаимных, почти общих мыслей с несколькими непонятыми и непризнанными людьми из-за своей неожиданно появившейся способности.

Огни.

Вписка. Яркие огни, музыка на всю громкость, исходящая из динамиков Bluetooth-колонки, давно подключённой к почти разряженному телефону организатора, потерявшегося где-то в спальне, совокупляясь с подругой под действием соджу.

Вся шумная большая компания имела размытые границы присутствующих в этом дачном доме. Сюда пришли и знакомые, и такие же по статусу, только общие, какими оказались Минхо и Джисон, приглашённые двумя разными друзьями и сходящиеся только в одном: раздражении.

Хан Джисон — пятнадцатилетний парень с татуировкой маяка на ключицах, закудрявленными синими волосами, пирсингом и на животе, и на брови, в прошлом случайно попавший под пулю одного школьного террориста. Джисон, как видно по растёртым в кровь пальцам, по пластырям на бордовых замокших ранках, играет на электрогитаре, а как видно по раскрашенным запястьям, часто проводит свободное время у заброшенных зданий, просто исследуя или же бунтуя, рисуя граффити.

Ли Минхо, в свою очередь, в свои шестнадцать является полной противоположностью; он лишь мельком поглядывал на Хана и скалил зубы в слегка раздражённом состоянии, так как по принципам нахальное поведение казалось слишком неправильным для этого подростка, учащегося на пятёрки, идущего после уроков домой и только потом, после еды, — гулять в центре города либо во дворе, и имеющего учёбу с котами как своё хобби.

Потому что.

Потому что некоторые любят, уничтожая, и даже смерть этого не меняет.

Нереальные гудки.

— Как полагаю, извинений никогда не последует. Это невозможно терпеть, Хан... — говорящий зацепился, видимо, за парный браслет, на котором гравировкой выведено полное имя. — Джисон, как вы можете постоянно нарушать общественный покой собственной буйностью? — В ответ парень ледяным взглядом, с искорками в глазах, молчал лишь издевательски, что читалось по хитрому прищуриванию уголков губ, ухмыляясь.

В местности Алтая китайской территории преступность и её временное утешение стали единственным выходом из бедного, скучного, приторно одинакового жизненного быта; строилась внеуровневая разрушительная иерархия всего одним образом: нарушители законодательства зарабатываются с дворового криминала, а после пойманности государственными органами — занимаются освобождением друг друга.

Не для тебя я.

Ненавистный для тебя подросток — он кто? Он тот, кто задирает? Он тот, кто не даёт покоя, или же тот, кто не даёт надежды на счастливый конец с его особой? Тот, кто сначала трахает тебя у стенки во время дождя, а потом не обращает внимания из смеха? В таком возрасте физическое влечение, ненависть, боль и надежда смешиваются в коктейль, который Хан огибочно считает любовью, а, может, и не ошибочно. Для каждого истина своя.

Ублюдская татуировка моей фамилии на левом запястье.

Быть хулиганом в вечно туманной среде, не предвящающей максимально красивой романтики, а лишь до боли родной испеплённости и ежедневной тоски, довольно выгодно, так как никто из прохожих не наплюёт тебе в и так пораненную с рождения душу — это понял ещё маленький Ли Минхо, в первом классе отрывавший головы котятам, насилующий щенят со смехом младенца и оттого прозванный "Садистом". Скрипящая с каждого движения кожанная куртка не имела денежной ценности, она даже ментальное спокойствие не доставляла своим теплом на плечах хулигана, потому что этот предмет одежды носили все люди, которых он хотел считать близкими, но в итоге ушедшими после первого секса. Каждый раз стальное тело испытывало удары на стрелках у лесополосы, где встречался ненавистый Хан Джисон — эмо-панк с чёрными волосами и бельчьим лицом, которое он красил тенями под цвет волос в районе глаз. Алгебраичка никогда не признается, что души не чает в этом дерзком мальчишке, посещающим каждый её урок и понимающий математику далеко не на уровне десятого класса. За ненормально цедивший на каждого язычок получают и отвечают Сынмин с Раико и изредка Чанбин, имеющий крепкую связь ещё и с "Садистом", которого искренне ценил как "кента" и с которым подружился случайно, на стройке в восемь лет отроду.

yours.

"Что же такое секта?"

Интересующий некоторых вопрос, коим задаются многие не интересующиеся трукраймом, однако желающие защитить своё тело, адекватность и собственную волю люди — необычно разные, но ставшие противоположностью этому прилагательному в скором времени: от бывших сотрудников террористических групп и серьёзных «голов» криминального мира картелей до миловидных музыкантов с корейской фамилией и глазками-бусинками, как Хан Джисон, который шугается по углам ото всех и всего, постоянно торчит в гараже отца, пишет то балладные, то рокерские тексты под мелодичные и резкие треки, держась далеко от всего ненормального мира.
Вербовщики — сами сломавшиеся, ради выгоды зашившие каждую рану ментальных непонятков, туманящих разум и оставляющих лишь стадное повиновение, в процессе укрепления сломанной души истинно учатся манипулировать. По окончанию процесса, будто хищники, сразу принимаются на должность, засосавшую в свой ураган девятнадцатилетнего парня Ли Минхо.

В бинтах я хранил патроны

Грязные, заброшенные гаражи, облезлые раны, бои, опасная торговля, где навыки лжи, харизмы и актёрствп важны также, как и отчаянный дебилизм — истинная работа в картеле. Отдел с детьми, которых тренировали, весной познакомил двух безнадёжных напарников-кладменов с двенадцатилетним ребёнком, которого старшие взяли под своё обучение.
Бесконечная кровь, насилие ради выгоды, погони, адреналин и одновременно тихое, мучительно монотонное пребывание месяцами в одной квартире, чтобы подиция, дежурившая снаружи, не усекла — это всё то, что объеденяло двух тупиц.

Hayloft — Hayloft 2

по мотивам песни mother mother

Table.

невесомая и краткая, однако эмоциональная аушка о тёмных гаражах в период холодного ноября и разрывающей зимние ботинки на вырост слякоти, о гетеросексуале Хан Джисоне, решившем связаться с этим светлым и сказочным райном даже снами, в которых почему-то видел до дрожи знакомое место — гараж с табличкой "Ли" на входе


тут могут присутствовать ошибки по причинам черновика.

брать всё категорияески запрещенно, иначе автор предпримёт меры.