Политический кризис, финансовый коллапс, последствия взрыва в порту, который разрушил половину ливанской столицы – все это усугубляется нетривиальной экономической загвоздкой: в Ливане никто не знает, сколько стоят их деньги, пишет Foreign Policy. 

На данный момент существует как минимум четыре совершенно разных обменных курса, по которым ливанский фунт обменивается на доллары США. 

В 1997 году ливанский фунт был привязан к доллару по курсу 1500 к 1, и обе валюты они использовались взаимозаменяемо на этой основе до октября 2019 года. Но после того, как страна погрузилась в экономический кризис, стоимость ливанской валюты на открытом рынке резко упала, потеряв от 80 до 90 процентов своей ценности, даже несмотря на то, что официальный курс остается на уровне привязки 1997 года.

Чтобы избежать массового изъятия вкладов из банков, ливанцам запретили снимать доллары, депонированные до экономического кризиса. Они могут снимать деньги в ливанских фунтах, но по гораздо менее выгодному курсу по сравнению с рыночным. Центральный банк разрешил снятие средств по ставке, произвольно установленной на уровне 3900 фунтов за доллар, даже несмотря на то, что рыночный курс поднялся выше этого уровня, достигнув в прошлом месяце 15000 фунтов за доллар. Сейчас курс колеблется между 11 000 и 11 500 фунтами за доллар. Между тем, четвертый обменный курс в 6240 фунтов за доллар появился, когда центральный банк предложил выдать деньги по этому курсу 800 000 получателям ссуды Всемирного банка на чрезвычайную помощь в размере 246 миллионов долларов.

Короче говоря, обычные ливанцы с теперь скромными доходами перемещаются по ошеломляющему лабиринту множества обменных курсов и расплачиваются за кризис, вызванный некомпетентностью и коррупцией финансовой и политической элиты.

Вся эта свистопляска не сильно волнует богатых ливанцев – они-то как раз находят способы, чтобы обойти запрет на перевод денег за границу. А мелкие и средние вкладчики вынуждены снимать деньги с огромными потерями. Но и это еще не все. Разница между разными курсами сказывается в том числе на стоимости базовых продуктов. С начала кризиса хлеб в Ливане подорожал в два раза, овощи – в четыре раза.  

По данным Организации Объединенных Наций, в 2020 году более 55 процентов населения страны считалось «пойманным в ловушку бедности и борющимся за предметы первой необходимости», по сравнению с 28 процентами в 2019 году. «Крайняя бедность выросла в три раза с 8 процентов в 2019 году до 23 процентов в 2020 году», – добавили в ООН.

 При этом политики продолжают спорить из-за министерских портфелей и на протяжении долгих месяцев не могут сформировать правительство, которое имплементировало бы необходимые реформы. 

Международное сообщество оказалось в тисках: без реформ МВФ не может предоставить Ливану кредиты, но позволить большей части населения страны голодать тоже нельзя. 

Поэтому Всемирный банк решил предоставить 246 миллионов долларов беднейшим слоям населения, но решение центрального банка об арбитраже по ставке 6240 фунтов за доллар, что составляет половину рыночного курса, вызвало всеобщее возмущение. Центральный банк Ливана якобы хотел использовать оставшуюся часть денег для поддержания субсидий на муку, топливо и лекарства. Но активисты заявили, что субсидии стали для коррумпированного правящего класса инструментом сдерживания народного гнева и в дальнейшем используются для получения откатов и, посредством контрабанды, для поддержки региональных союзников – например, по словам некоторых аналитиков, топливные субсидии использовались для контрабанды дешевого топлива в Сирию и тем самым поддержки режима президента Башара Асада.