​Иранцы поют в унисон

Хоссейн Дехган последовал примеру министра иностранных дел Джавада Зарифа и постпреда Ирана в ООН и поделился с The Guardian своими взглядами на будущее ирано-американских отношений. И даже с учетом того, что администрация Байдена пока не спешит делать первые шаги, несмотря на подключение в переговорный процесс Катара в качестве посредника, примечательно то, насколько западные СМИ выказывают интерес и готовность предоставить площадку для высказывания мнения иранской стороны.

Кто такой Хоссейн Дехган? Это имя в скором времени будет звучат все чаще и чаще. Некогда он был офицером ВВС КСИР в звании бригадного генерала и бывшим министром обороны (2013-2017), потом занял должность военного советника Верховного лидера и официально объявил о своем участии в грядущих президентских выборах.

Главные тезисы:

1. Джо Байден продолжает внешнюю политику Дональда Трампа, поэтому Тегеран готовит ответные меры, чтобы заставить США изменить свою дипломатическую траекторию.

«Администрация Байдена говорила о дипломатии, многосторонности и взаимодействии на международной арене, а также о возвращении к своим международным обязательствам. Однако мы по-прежнему видим ту же политику со стороны новоизбранной администрации, что и со стороны команды Трампа: отказ от отмены жестких санкций против иранского народа, блокирование доходов от нефти Ирана в иностранных банках в тот момент, когда нам нужны деньги для борьбы с пандемией коронавируса. В целом это означает продолжение трампизма в международных отношениях».

2. Вашингтон не в праве выдвигать предварительные условия для возвращения Ирана к ядерной сделке 2015 г.; США должны дать гарантии, что не выйдут из соглашения еще раз.

3. Иран изменит свой дипломатический курс с 19 февраля – дата, которую он установил, чтобы ограничить доступ инспекторов на свои ядерные объекты.

4. Между США и Ираном существует пропасть, а уход президента Хасана Рухани может еще больше усложнить восстановление ядерной сделки.

5. Дехган, который, кстати сказать, находится в санкционных списках США за террористические операции в Ливане, отверг предположения о том, что «жеста доброй воли» в виде снятия американцами блока на получение Ираном ссуды у Международного валютного фонда будет достаточно для возвращения сторон к обязательствам в рамках СВПД.

«Мы планировали получить кредит на борьбу с пандемией, а также на приобретение лекарств и медицинского оборудования. Это наше право, как одного из основателей МВФ».

6. Он отверг роль Европы как посредника между Тегераном и Вашингтоном, заявив, что со времен Хавьера Соланы, высокопоставленного дипломата ЕС в период с 1999 по 2009 гг., ЕС потерял свою идентичность и независимость.

7. На вопрос, видит ли он возможности для улучшения отношений Ирана со своим региональным соперником Саудовской Аравией, он процитировал британского премьер-министра XIX в. лорда Палмерстона, который сказал: «У нас нет ни вечных союзников, ни постоянных врагов, но постоянны и вечны наши интересы, и защищать их — наш долг».