20-минутный фильм Фаррохзад «Дом черный» 1962 года рассказал о забытых обществом обитателях лепрозория недалеко от Тегерана. Теплый голос Форуг, зачитывающий ее собственные стихи о Боге и вере, сопровождает зрителя в коротком и страшном путешествии по быту взрослых и детей, поражённых проказой и отрезанных от внешнего мира. Частная история несчастных больных людей в ее фильме становится историей общечеловеческой. Показывая крупными планами деформированные болезнью тела и лица, Форуг заставляет нас смотреть на чужие страдания и видеть Другого: только из этой позиции, через признание существования инаковости она видит возможность по-настоящему включиться и помочь. Момент помощи принципиален для Фаррохзад, и фильм открывается словами «В мире хватает уродливости. Если люди закроют на это глаза, ее станет еще больше. Но человек создан, чтобы решать проблемы». Уродливости же она противопоставляет не красоту, а жизнь. Этой любовью к жизни проникнут весь фильм, где гипнотические планы безобразных тел, сопровождающихся рассказом о том, что проказа излечима, сменяются сценами с играющими вместе больными и здоровыми детьми, а затем и танцующими взрослыми.

Фаррохзад прожила в колонии 12 дней, а после окончания съемок усыновила маленького мальчика, который в фильме, отвечая на вопрос учителя о нескольких прекрасных вещах, говорит: «Луна, солнце, цветок, игры».

Иранский кинематограф того периода состоял фактически из низкосортного развлекательного кино, называвшегося filmfarsi, и именно «Дом черный» обозначил ключевой тематический и эстетический поворот в кинематографе Ирана. Обращение к социально критической тематике, к документальным и псевдодокументальным съемкам, поэтическая форма — все это позднее станет основными чертами иранского артхауса. Первый же игровой фильм новой волны будет снят 7 годами позже: им станет «Корова» Дариуса Мехрджуи 1969 года.

P.S. В этом году фильм «Дом чёрный» можно будет увидеть в программе классики в рамках Венецианского кинофестиваля.