Утро начинается с Фрейда. Потому что наконец есть время спокойно открыть и погрузиться в «принцип удовольствия»
Спектр наших ощущений, чувств, физики и химии тела и сердца. Все это оттенки, которыми мы должны работать в искусстве и искать. Не смешивая краски.
Внутри нас - все очень разное. Очень непохожее друг на друга. Задача художника видимо и состоит в том, чтобы увидеть эти тени, полутени, разницу явлений внутри человека. И проявить это вовне.
Последние месяцы я живу внутри этого проекта. Уже прям даже немного устала. Сейчас будет перерыв на праздники и можно будет пересобраться.
Мы работаем с музыкой Скрябина как с живой материей — я слушаю, как она меняется в пространстве, как рояль вступает в диалог с электронным звуком, светом и тишиной.
Я ищу форму, в которой классическая музыка перестаёт быть музейным объектом и становится переживанием здесь и сейчас. Это сложно. Мы много делаем вид и пафосно "чувствуем" классику в консерваториях, на самом деле, ничего не понимая про эту музыку. Просто потому что так надо. Хочется это поменять. Я пока не понимаю, возможно ли.
SUPERNOVA — это не спектакль и не концерт. Не шоу и не кино. Это попытка продолжить мысль Скрябина о том, что музыка может быть языком будущего — языком, который соединяет звук, свет, тело, пространство и сознание.
Музыка как состояние. Музыка как среда. Музыка как пространство. Музыка как кадр.
С командой, мы много спорим, пробуем, пересобираем, отказываемся от принятых решений. У проекта серьёзные партнёры и инвесторы, появилось ощущение большого, долгого пути.
Параллельно мы проходим важные процессы, связанные с лицензиями и авторскими правами в Китае — это часть ответственности, с которой приходит рост.
Я думаю, мы делаем SUPERNOVA внимательно и осознанно. Иногда, чтобы родилось что-то по-настоящему новое, нужно дать времени работать вместе с тобой.
Мы перенесли премьеру на два месяца. Вместо выпуска 30 января, площадка оживет 28 марта.
Спасибо всем, кто рядом и кто верит. Мы только начинаем.
Выбираем объектив (туман, дождь, яркое белое солнце), внедряем в пространство - оформляется жанр. Рождается киногения места.
В горах Хуаншань (желтые горы, наследие ЮНЕСКО в Китае) - туман, облака, нанизанные на вершины гор, графичные силуэты сосен.
Я рада, что мы провели эти два дня не в плоской туристической открытке, которыми забит инстрагам, а в фильме Триера или Линча.
Киногения гор в молоке вдохновляет на мысли о текстуре тела, его темпе. В тумане, шаг замедляется, но не из-за видимости, а из-за ощущения невесомости.
Гравитации меньше. Замедления больше. Чувства и эмоции затормаживаются, но становятся более плотными, ощутимыми.
Легкая плотность бытия.
Камень, на одинокой вершине - дух обезьяны, которая смотрит в море.
