Я бы хотел рассказать, как устроены наркологические клиники, на чем они зарабатывают и как получают клиентов. Начну с конца, но прежде объясню откуда мне это известно — из личного опыта. Мне предлагали заниматься маркетингом одной из таких клиник и я из любопытства, в том числе шкурного характера, приезжал к ним на собеседование.

Клиника в Москве, большая и красивая, памятник архитектуры. Дизайн делал Лебедев. Лицо бренда, он же главный пациент, Паша Техник. Бюджет на рекламу большой, зарплата тоже.

Встречали меня впятером. Все важные, но на врачей не похожи. Одеты дорого и плохо. Шеи тонкие, лица тупые. В Тюмени так выглядят обнальщики.

Показали мне мой кабинет — понравился. Светло, красиво, высокие потолки. Вид на больничный корпус. На вопрос, кто владелец клиники, ответили прямо и не стесняясь: — Генеральская это клиника, и деньги генеральские, в пакетах привозят.

Я им поверил, выглядели они именно так. Как люди, которым привозят деньги и поручают что-нибудь сделать.

Потом спросил о клиентах, откуда они берутся — те позвонили Стасу. Стас сказал, что по запросу в гугле «вызвать скорую без ментов». Я рассмеялся. Позже я гуглил всех Стасов в контексте наркологических клиник Москвы и подошёл только Пьеха. Он и наркоман в прошлом, и клиника у него своя имеется.

Платят родственники, часто родители. Треть палат простые, остальные вип. Плата порядка 100 тысяч в сутки — это за отдельного врача и анонимность, цена 2019 года. Кассу делают дети артистов.

Их снимают с наркотиков запрещенных и пересаживают на рецептурные. В этом и есть бизнес, аптеки у них тоже свои. Родители платят за то, чтобы детей не ломало, чтобы их не закрыли в тюрьму. А сами уезжают в тур.

На вопрос о том, как долго пациент остаётся пациентом и сколько денег он принесёт, ответили просто: «Пока не крякнет. Обычно очень много».

Больше у меня вопросов не было. Я уехал домой и ничего с тех пор не пробовал.