Металлический стратрезерв нужен для снижения зависимости США от поставок из Китая, сообщил Bloomberg. Инициатива Project Vault (проект «Хранилище») получит финансирование в 10 млрд долларов от Экспортно-импортного банка США и 1,67 млрд — от частного капитала: более десятка компаний, в том числе General Motors, Stellantis, Boeing и Google, присоединились к проекту.
Формируемый запас будет аналогичен Стратегическому нефтяному резерву США, но в нем должны храниться такие минералы, как галлий и кобальт, необходимые для производства iPhone, аккумуляторов и авиационных двигателей. По мнению Белого дома, это поможет снизить зависимость США от Китая.
Подход с созданием стратегических резервов (складских запасов на «черный день») отражает американскую философию ведения дел, в том числе международных. То есть истеблишмент Штатов руководствуется философией Егора Гайдара, отраженной в цитате: «Да кому нужны ваши станки, понадобятся — за рубежом купим».
То есть, утратив все базовые отрасли производства стратегических редких элементов, необходимых в первую очередь для обороны, американские власти не пытаются воссоздать их (преобразовать всю среду, а лишь решают отдельные проблемы через субсидии: РЗМ, уран и пр.) сделать эффективными и способными конкурировать с лучшими мировыми аналогами, как это делают в Китае (на диаграмме — кривая производственных затрат у производителей меди, все самые эффективные - красные, китайские), а банально исповедуют философию: «За зеленые свеженапечатанные бумажки мы можем купить все». А если по какой-то причине этого не продают, то это дело времени: за пару месяцев договоримся и купим. А для того чтобы не вызвать остановки производств (пока дипломаты «обкашливают» вопросы), создадим резерв: металлический, нефтяной и т. п.
Очень быстрая история показала, что Егор Гайдар крайне ошибался в своей позиции. Не прошло и четверти века, как российская экономика стала критически зависима от поставок (или непоставок) станков из-за рубежа. И с этой точки зрения американский стратрезерв редких элементов — это очередной костыль под стремительно деградирующей и исчезающей экономикой реальных производств в США. Они исчезают, как и культура предпринимательства, когда-то их создавшая.