Какая жесть. История стали для хранения продуктов.

Наполеон, принимая ресторатора Николя Франсуа Аппера, не торопился вкушать принесенную гостем еду, предложив попробовать ее сначала самому Апперу. И только убедившись, что и с ним, и с попробовавшими еду собачкой ничего не произошло, Наполеон отведал подношение.
Аппер еле убедил его в том, что баранина, которую отведал император, приготовлена не сегодня, а три месяца назад.

Шел 1810-й, к тому времени Аппер уже шесть лет производил свои консервы, нащупав технологию интуитивно (мир еще ничего не знал о бактериях, до пастеризации оставалось 60 лет). Аппер испробовал все способы раскрутки: рекламировал, проводил дегустации, участвовал в выставках, выигрывал призы Академии, но в условиях вертикали власти работало только одно: высочайшее благословение.
И оно последовало: император наградил его деньгами, титулом «Спасителя Отечества» и скромным контрактом на поставки в армию.

Контракт и не мог быть щедрее: производство Аппера было кустарным, выпуск — мизерным, но кое-что до армии добралось. Известно, например, что казаки захватили консервы Аппера в обозе, но пробовать не рискнули, будучи отчего-то убежденными, что там — лягушатина.

Но это будет позже, а пока, после одобрения Наполеона, на Аппера посыпались почести и награды. Вообще-то изобретатель мог получить патент, но Аппер вместо этого написал, отпечатал за свой счет и бесплатно распространил брошюру, подробно объясняющую его идею: чудак полагал, что в его работе есть общечеловеческая ценность и его находка крайне необходима всем на планете.

В те времена из-за невозможности хранения пропадало не менее половины выращиваемых продуктов. В мире шла большая война, главным врагом Франции были англичане, но брошюра Аппера пересекла Ла-Манш, и англичане тут же начали свое производство, а годом позже она попала и в Новый Свет, и там консервирование и вовсе расцвело, без всякого императорского благословения.
До Аппера солдат и моряков кормили стандартно: солониной и вяленым мясом. Частенько это тухло, поэтому тухлятину шлифовали сверху шнапсом, ромом, водкой, спиртом... всем тем, где побольше градусов. Помогало, но не сильно, поэтому все армии до начала 19 века хотели трёх вещей, поесть, погадить и опохмелиться. Непрекращающийся дрыщ, голод и похмелье - были тремя неотъемлемыми признаками любого солдата.

Сложности были с упаковкой: сам Аппер пользовался бутылками для шампанского, которые, специально для него, выпускали с расширенным горлышком, англичане придумали консервные банки из металла, с которыми, правда, были проблемы: их почти невозможно было открыть.

Известны случаи, когда на необитаемом острове моряки умирали с голоду, так и не решив эту задачу. А во время Крымской войны английская армия ходила со сломанными штыками — результатом проигранных сражений с консервными банками. Но люди изобретательны — придумали-таки консервный нож.

Когда Бессемер открыл способ прокатки стали, консервные банки приобрели близкий к современному вид, а американец Борден запатентовал сгущенное молоко.

Технологии развивались: когда-то консервные заводы делали 5 банок в час, к средине XIX века — уже по 200 банок. Vассовость изменила ценообразование, консервированные продукты стали общедоступными. В 1860 году вся Америка производила 5 млн банок в год, а консервы могли себе позволить только весьма богатые люди, но к середине десятилетия, в 1865-м — производилось уже 30 млн банок.

Если в Европе к концу XIX века действовало несколько сотен небольших консервных заводов, которые располагались в сельскохозяйственных центрах, у источников сырья, то в Штатах фирмы Андервуд, Нестле и Хайнц, поставившие себе цель «кормить рабочий класс качественной едой», были гигантами. Продажи компании Генри Хайнца, начинавшей в 1876 году с оборота в $44 тысяч, выросли к 1914-му до $12 млн, а к 1925-му уже до $37 млн.

Самые знаменитые консервы —
ветчина SPAM — появились в 1926 году, в СССР они стали известны во время войны, как важная часть ленд-лиза.