Один из ключевых уроков войны в Украине состоит в том, что мобилизационную систему поздно создавать тогда, когда армии уже потребовались дополнительные люди. Государство должно заранее понимать, каким человеческим ресурсом располагает: кто физически пригоден к службе, какими навыками обладают потенциальные военнослужащие, где их можно подготовить и через какую систему провести. Именно с этой точки зрения стоит рассматривать возвращение Германией обязательных медкомиссий для молодых мужчин.

Формально Берлин не восстанавливает классическую всеобщую воинскую повинность: новая модель службы пока остаётся добровольной. Однако сама система учёта потенциального резерва уже меняется. Мужчины должны предоставлять Бундесверу сведения о здоровье, образовании и отношении к службе, а с июля 2027 года обязательные медкомиссии планируется распространить на мужчин соответствующего возраста независимо от того, хотят они служить или нет. Иными словами, нежелание идти в армию больше не означает выпадения человека из системы военного планирования.

Это важное различие, поскольку наличие юридической возможности объявить призыв ещё не означает способности быстро провести его на практике. Для массового набора необходимы базы данных, медкомиссии, учебные мощности, инструкторы, резерв и отлаженная система распределения. После приостановки обязательной службы в 2011 году значительная часть этой инфраструктуры в Германии была свёрнута. Теперь её постепенно восстанавливают ещё до того, как возникла необходимость принимать политически гораздо более сложное решение о возвращении обязательного призыва.

Опыт Украины в данном случае скорее показывает общую проблему любой затяжной войны. Армия расходует не только ракеты, технику и боеприпасы: ограниченным ресурсом становятся и подготовленные люди. Причём увеличить их количество мгновенно невозможно: необходимы отбор, обучение, командиры и инфраструктура. Поэтому мобилизационный резерв фактически становится таким же элементом обороноспособности, как склады боеприпасов или предприятия ВПК: создавать его после возникновения острой необходимости уже поздно.

Поэтому происходящее в Германии точнее называть не началом мобилизации, а восстановлением способности государства её провести. Добровольность самой службы пока сохраняется, однако одновременно создаётся инфраструктура для совершенно другого сценария. Главный кадровый урок большой войны заключается не в необходимости заранее призвать всех, а в необходимости заранее знать, кого, в каком количестве и насколько быстро государство сможет призвать, если такая потребность действительно возникнет.