Колдовство проникло в тело Кристоффа, и он ахнул, чувствуя, как его энергия, его сила, сама его жизнь начинает утекать!
Он хотел оттолкнуть отца, но его руки бессильно повисли...
Дум держал его, прижимая к себе, и его голос звучал как колыбельная:

— Всё будет хорошо, Кристофф. Тебе просто нужно поспать. Отдохнуть.. Когда ты проснёшься, всё станет лучше. Ты увидишь.

Граф, сидящий в сумке, наблюдал за этим. В его глазах застыл ужас, но он не двигался!
А затем он решился.
Птица рванула вверх, взмахивая крыльями, и вылетела из сумки, направляясь к выходу из темницы. Он должен был выбраться!
Должен был!
Дум заметил движение. Он отпустил сына на мгновение, чтобы метнуть заклинание в птицу, но промахнулся. Граф уже улетал, скрываясь в темноте.
Дум выругался тихо, сквозь зубы. Когда он обернулся, тело Кристоффа уже обмякло, и он схватил сына, прижимая к себе...
В темнице повисла тишина, только дыхание отца было слышно в этой тишине. Глаза за маской погасли, став обычными, человеческими — уставшими, грустными, но решительными.

— Прости, — прошептал Доктор Дум одними губами, не зная, слышит ли его сын.
— Мне жаль.. Но ты увидишь, Кристофф! Ты увидишь идеальный мир! Я сделаю его для тебя. Для всех.

Он поднял безвольное тело сына на руки и, развернувшись, вышел из темницы. Тьма поглотила их двоих...