Суть графика сводится к нескольким ключевым выводам:
-Катастрофическое падение запасов: После пика в начале пандемии Covid-19 (март 2020 года) мировые видимые запасы нефти демонстрировали долгосрочный нисходящий тренд. С началом войны в Иране (февраль 2026 года) этот спад перешел в вертикальное падение.
-Пробитие критических порогов: Аналитики прогнозировали, что к июню 2026 года запасы упадут до 7,6 млрд баррелей — отметки Operational stress level (уровень операционного стресса).
-Угроза остановки инфраструктуры: К сентябрю прогнозировали падение до 6,8 млрд баррелей. Это уровень Operational floor level — минимально возможный технологический объем нефти в системе. Если запасы опустушатся ниже этой линии, в мире начнут физически останавливаться нефтепроводы и прекратят работу нефтеперерабатывающие заводы, так как в трубах и резервуарах просто не останется технологического минимума топлива для поддержания давления.
Моделирование JPMorgan построено на условии, что геополитический конфликт не будет разрешен, а мировое потребление нефти при этом снизится на 5,6 млн баррелей в сутки. Даже с учетом этого сильного падения спроса, запасов критически не хватает для стабилизации рынка.
По факту ситуация развивалась следующим образом. Весной запасы падали очень быстро, собственно потому и начали стратрезервы распечатывать. Это компенсировало дефицит и все прекратило лететь в пропасть. Точнее продолжило, но уже не лететь, а ехать.
Текущая ситуация такова, что апокалиптический сценарий с полным опустошением труб до минимального операционного уровня не реализовался, но реализовался полноценный кризис на рынке дизельного топлива.
Продолжать делать вид, что все под контролем и слив стратрезервов помогает можно еще какое-то время, но тут некоторые уважаемые люди из отрасли говорят, что делать это можно еще недолго. Так что может быть не апокалипсис и не в сентябре, но апокалипсисик и к концу года, если все продолжится как идет сейчас.
@moi_misli_vslukh