#soapghost

2/2

Джонни мягко взял его кисть, другой рукой заботливо укладывая на своей, раправляя, разглаживая, ведя указательным пальцем вдоль и поперёк. Щекотка прошла от сердцевины ладони, вверх к плечу, а дальше в мозг, гулко отражаясь в стуке сердца о рёбра. Голубые глаза внимательно рассматривали поверхность — обжигали —, пытаясь отыскать скрытую правду. Кажется его начало потряхивать.
Это была плохая идея, нужно было вырвать руку, но тело не поддавалось воле хозяина. Телу нравилось то, что с ним творил Джонни.
— Смотри, здесь, — жёсткий кончик пальца ткнулся в какую-то изогнутую линию, провел вдоль по ней, для точного понимания, — говорится, что у тебя будет долгая жизнь, не без казузов, как например вот тут, — линия внезапно оборвалась, но продолжилась дальше, — но судя по всему, это событие из прошлого, а в будущем я не вижу никаких проишествий. Это линия ума, — поднялся чуть выше, очерчивая длинную горизонтальную ровную линию посередине, — ты сообразительный и понимающий. А это линия судьбы, — касание вниз по лодони, — трудолюбие твоё второе имя, Лейтенант, но видимо вам придётся распращаться со своим званием в скором будущем.
— Это бред, — Саймон поднял глаза на Джонни, который смотрел на него.
— Кто знает, ЭлТи, кто знает, — в ответ он пожал плечами и прлдолжил. — Вот эта линия любви, — поглаживание по дугообразной линии от указательного пальца до ребра ладони. Сердце откликнулось, — ты очень чувственный и заботливый человек, Саймон, — так тепло это было сказано, его ум уже потёк, — тому, кого ты полюбишь повезёт, линия брака это подтверждает, — большой палец мягко давит на бок, ведя чуть влево, поглаживает. — Может у тебя уже есть кто-то, но ты нам не рассказываешь про неё, а сердцеед? — голубые глаза напротив смотрят с хитринкой.
Или с вызовом.
— Подловил меня, — собственный преувеличенный вздох, — Ты прав, сержант, — акцент, — у меня есть спутница сердца, — брови МакТавиша дернулись, а потом он улыбнулся.
— Расскажете про неё? — ровный голос.
— Конечно, почему бы и нет, — сердце предательски забилось в прежнем ритме. — Она замечательная, — карие глаза в упор посмотрели в голубые, — она заботливая, поддерживающая, громкая и весёлая, — Саймон видит задумчивость, — она зацепила меня своей жизнерадостностью и открытостью, хотя я сначала наивно полагал что это инфантильность и несерьезность, но я ошибся, за что мне до сих пор стыдно, — он опустил глаза, — она эмоциональна и вспыльчива, полна сил и энергии. Иногда я не понимаю, почему я от этого не устаю? Но потом я вижу её улыбку, — вновь смотрит, — хитрый взгляд, слышу голос, её смех, думаю, именно это позволяет мне заряжаться такой же мощной энергией, что позволяет мне быть рядом с ней, — Саймон сосредоточился на внутренних ощущениях. — Она делает меня живым. Слышать её вокруг для меня умиротворение, видеть её умиротворенной рядом со мной — моё счастье. Но я знаю, что внутри неё бушует буря, такая же что внутри меня. Буря, которая уничтожает её изнутри, каждый раз когда думает, что совершила ошибку. Но как бы я не хотел, я не могу ей помочь заглушить её.
— Почему ты не можешь ей помочь? — мягким голосом Джонни скорее сказал, чем спросил.
— Она наивно полагает, что справится сама, но это не так. Она мне не доверяет.
— Она доверяет.
Стук, стук, стук.
— Почему ты так думаешь?
— Она готова доверить тебе свою самую спокойную и уставшую сторону, свое умиротворение. Разве это не высшая степень доверия?
Саймон не отводил от него взгляд всё это время. Только сейчас он заметил, что его ладонь до сих пор в руках Джонни. Тёплых и поглаживающих. Он не отдергивает её, а оставляет в них, словно так и должно быть, словно это единственная верная вещь во всей Вселенной. Его рука в руках Джонни. Он в его руках.
— А ты говорил ей, что любишь её? — легкая пауза посередине.
— Да, — только что.