🔥 РЕДАКЦИОННАЯ ПОЛИТИКА

При этом другим артистам я советую ни в коем случае так не делать.

И регулярно рекомендую не лезть в неудобные темы.

Публика может не понять иронию. Социальные сети не читают примечаний. Одно неудачное слово иногда хоронит песню быстрее, чем отсутствие припева.

Бла-бла-бла.

Советы, в целом, отличные. И по логике им нужно следовать.

Да!

А сам ты следуешь?

Я заканчиваю встречу, возвращаюсь в студию и пишу про милф, ложь, деньги как современный наркотик, женщин с топорами, связывание, дьявола, смерть и девочек, которые приходят на свидание с холщовым мешком для будущего покойника.

Называть это «неудобными темами» — примерно то же самое, что считать гильотину неудачным предметом мебели.

Ты вообще нормальный?

Ну можно же писать про «пусть всегда будет солнце». И желательно в руках.

Другому артисту я говорю:

— Давай аккуратнее.

Себе говорю:

— Добавим танцевальный бит. Пусть будет разъёб! Теперь точно все поймут правильно.

Если последовательно применять ко мне редакционную политику собственного лейбла, меня следует не просто снять с релизного плана.

🔥 Меня надо предать анафеме и сжечь на костре.

Желательно в рамках одной рекламной кампании.

И вот здесь возникает справедливый вопрос:

Зачем руководителю лейбла вообще писать и выпускать собственную музыку?

Очень удобная схема.

Сам написал.
Сам подписал.
Сам поставил в релизный план.
Сам выпустил.
Сам потом объяснил, что публика просто не поняла масштаб замысла.

Творческая мастурбация полного цикла.

Именно поэтому собственную музыку руководителю лейбла должно быть выпускать не легче, а труднее.

Артист ещё может сказать мне:

— Я так чувствую.

И я обязан это уважать.

Когда «я так чувствую» говорю я сам, продюсер внутри меня прекрасно понимает, где заканчивается художественное чувство и начинается обыкновенное нежелание признать, что лучше уже не будет.

Потому что перфекционизм — это не всегда стремление к совершенству.

Иногда это трусость в красивом пиджаке.

Пока микс не утверждён, песня не может провалиться. Пока альбом не выпущен, он всё ещё потенциальный шедевр.

Где-то впереди существует его идеальная версия — с великим звуком и гениальной обложкой, на которой никто не выглядит так, будто его задержали при попытке украсть бюст Ленина из ДК имени Крупской.

Выпуск уничтожает все потенциальные версии альбома.

Остаётся одна.

Твоя.

И люди, которые обязательно расскажут, что надо было сделать иначе.