Максим Резник: “Коллеги-соучредители «ЕвроПитера»! Я считаю невозможным своё дальнейше…”

Коллеги-соучредители «ЕвроПитера»!

Я считаю невозможным своё дальнейшее участие в деятельности «Европейского Петербурга» в его нынешнем виде.

Я не прекращаю человеческих и товарищеских отношений со многими коллегами, с которыми нас связывает многолетняя совместная работа и общие ценности. Я намерен сохранять горизонтальные связи и взаимодействие с теми, кто продолжает заниматься реальным общественным и политическим делом — борьбой с путинским фашизмом и готовить «первый рейс».

Однако среди нынешних соучредителей организации оказался человек, с которым я не могу состоять в одной политической организации. Длря меня это вопрос не личных симпатий или антипатий, а вопрос принципов.

И гигиенический. И с этим персонажем я буду разбираться в Арбитраже партии «Мирная Россия». В рамках ее создания, кстати, еще двое коллег действовали в разрез и принципам и самому духу «ЕвроПитера», как я их понимал, создавая сообщество и приглашая в него всех вас. Думаю, что действовали небескорыстно. Как и тот, кто публично и нагло врал обо мне молодым делегатам съезда на пару с Миловым. Но повторю: это дело Арбитража партии «Мирная Россия». Не хочу переносить эту грязь на площадку «Европейского Петербурга», не хочу марать светлое имя организации.

В связи с вышеизложенным я приостанавливаю своё членство и участие в деятельности «Евройпейского Петербурга» до тех пор, пока сохраняются обстоятельства, делающие такое участие для меня невозможным.

При этом я считаю важным сказать несколько слов о том, чем стал «Европейский Петербург» для меня и, как мне кажется, для российского демократического движения.

«Европейский Петербург» показал, что возможно объединение уехавших и оставшихся, людей разных взглядов и разных политических традиций. В рамках одной организации смогли работать представители самых разных течений российского сопротивления — от сторонников МБХ до ФБК, от независимцев, таких как Максим Кузахметов, до федералистов и конфедералистов типа меня в борьбе с общим Zлом.

И это был бесценный опыт сотрудничества людей, которые далеко не во всём согласны друг с другом, но готовы были искать общее ради будущего России. Иногда споры были очень бурными, выплёскивались даже за борт. Ещё раз хочу извиниться, что в этих спорах бывал груб и несправедлив к коллегам.

«Европейский Петербург» дал стране один из её важнейших символов сопротивления. Соучредительница организации Людмила Васильева стала символом мужества и гражданского достоинства. Проживая в Петербурге, несмотря на все угрозы и давление, ребёнок блокадного Ленинграда продолжает возвышать свой голос против войны и диктатуры. И я горжусь тем, что мы вместе создали «Европейский Петербург». И, уверен, вместе продолжим нашу общую борьбу.

Я также горжусь тем, что вместе учреждал «Европейский Петербург» с Александром Скобовым. До уровня его мужества, силы духа и преданности делу мне никогда не удастся подняться. Я желаю Саше скорейшего падения диктатуры и освобождения. И горжусь тем, что он дал согласие соучреждать ЕвроПитер вместе помятуя, что состоял Питерском Яблоке именно потому, что в 00-е годы мы проводили политику консолидации всех антидиктароских сил в городе. Его голос всегда звучал и звучит твёрдо, честно и бескомпромиссно. Высочайшей пробы Человек.

Наконец, именно «Европейский Петербург» дал российскому сопротивлению акцию «Полдень против Путина». Эта инициатива была предложена мной, выдвинута от имени «Европейского Петербурга» и впоследствии поддержана практически всеми основными силами российского сопротивления. В конечном итоге она стала последним политическим призывом Алексея Навального и важной страницей в истории антивоенного антипутинского движения России.

Я считаю, что всё это — достойный вклад в общее дело.

Сам же я намерен сосредоточить свою дальнейшую работу прежде всего в Антивоенном комитете России, а также в Центральном политическом совете партии «Мирная Россия» и на своем здоровье (6 операций за 2,5 года - многовато), а именно сейчас — на попытке исполнить последнюю просьбу Алексея Навального. Я писал об этом 20 июня.