За несколько месяцев до своей смерти Уитни, все еще активно работавший в IAS (Institute for Advanced Study), Принстон, рассказал о своем математическом образовании. Он обучался игре на скрипке в Йеле, и через два года обучения его послали в один из лучших европейских музыкальных центров. К сожалению, я забыл, что это был за город, но это точно было неподалеку от Альп — Уитни увлекался альпинизмом. В этом центре студент должен был сдать экзамен по специальности, отличной от его собственной. Уитни расспросил своих товарищей, какой из предметов считается наиболее престижным. Ему ответили — квантовая механика. После первой лекции по квантовой механике Уитни подошел к (очень знаменитому — Паули? Шрёдингеру? Зоммерфельду?) лектору и сказал: «Уважаемый профессор, по-моему, с Вашими лекциями что-то не в порядке. Я лучший студент Йеля, но в Вашей лекции я не понял ни единого слова». Профессор, узнав, что Уитни занимается музыкой, ответил чрезвычайно вежливо: «Вам нужно познакомиться с основами — анализом и линейной алгеброй». «Хорошо, — сказал Уитни, — надеюсь, эти предметы не столь новы, как Ваш, и по ним уже написаны учебники». Лектор назвал несколько подходящих учебников (я был бы весьма признателен, если бы кто-нибудь из знающих эту историю сообщил мне название города, имя лектора и названия книг). Три недели спустя, — продолжал Уитни, — «я уже понимал его лекции. А к концу семестра сменил музыку на математику».


из интервью с В.И. Арнольдом (проводил S.H. Lui)